Кузнец

В качестве агента пошел уже знакомый Ерден со своим братом. Теперь регулярно, раз в пару месяцев у меня была свежая информация от богдойцев. У меня же не Иноземный приказ, мне нужно точно знать, что у меня поблизости происходит.

И вести оттуда совсем не радовали. В маньчжурскую крепость в подчинение Шарходы была переброшена тысяча бойцов регулярной армии маньчжуров, поступили пушки и порох, пришел отряд наемных корейских стрелков с пусть фитильными, но ружьями. Из переселенных дючеров Шархода формировал вспомогательные войска, которых тоже набралось больше трех тысяч.

Старый полководец, чья карьера началась еще при принце Доргоне, без торопливости слаживал силы, строил, теперь уже в глубине территории новый флот, до которого мне добраться было почти невозможно.

Стоило ждать скорого наступления. Еще год и все станет серьезно. Следующая весть еще более ускорила события. В крепость прибыл чиновник из «совета войны», что-то типа современного министерства обороны с еще одной тысячей воинов «знаменной армии».

Был он молод, но амбициозен и важен.Он потребовал от Шарходы немедленного выступления и наказания лоча, приведения их к покорности.

Тот возражал, что ни войско, ни обоз, ни флот не готовы, да и выступать зимой – не самая лучшая затея. Столичный чиновник согласился только с последним соображением. Старый полководец понимал, что огненного принца уже нет, а его племянник, Сын Неба, гораздо охотнее слушает льстецов, нежели полководцев, евнухов, а не воинов. Но бросать в бой не вполне готовое войско он был категорически не готов.

Русские показали себя сильными бойцами. Потому и злило опытного князя-наместника, именно этот титул носил Шархода, полное пренебрежение и противником, и просто доводами разума.

Еще неприятнее были молодые маньчжуры из столицы, забывшие о воинском искусстве, но прекрасно чувствовавшие себя во дворце Сына Неба, полном интриг и злобы. Даже Ерден поражался поведению этих «военачальников», разъезжающих пьяными по городу, оскорбляющих воинов, орущих ночью грубые песни.

По мне, это был бы оптимальный вариант. Заманить всю маньчжурскую армию, не готовую к бою, в засаду и перебить ее пушками. Но не все коту масленица.

Последняя весточка была о том, что Шархода все же дал разрешение на поход. Но только тысяче, которая пришла из Пекина и тем из дючеров, которые захотят к ней присоединиться. Это значило, что весной стоит ждать гостей.

Глава 4. Кумарская битва

Ветреный, морозный февраль.