Кузнец

Много народа за пояс ходили. Вот и я хочу в Якутск поехать, к новому воеводе Пушкину. Хочу отпроситься в поход.

- Так, на что тебе воевода? Охочие людишки всегда найдутся.

- Не хочу я так. Я ж теперь всем домом в Сибири. Хочу там себе дом строить на своей земле.

Действительно, совсем недавно в Усть-Кут после долгого путешествия прибыла из Поморья жена Хабарова с дочкой и сыном, которая уже успела стать вдовой с малым внуком. Приехал сын брата Хабарова Никифора Артемий. Теперь Хабаров был не одиноким волком, а патриархом целой семьи в три поколения.

Тут уже без воеводской воли двигаться трудно. Тем более, осесть.

Ведь и сам Хабаров – человек совсем не простой. Ходили слухи, что именно его челобитная вместе с подношением от его брата Никифора стоила воеводе Головину места. Поговаривали о его крепкой дружбе с дьяком Сибирского приказа.

- Ну, что ж. Дело благое.

- А ты со мной не хотел бы пойти?

- Давай, пока я тебе оружье посмотрю. Ты к воеводе съездишь, а там и опять поговорим.

На том и порешили.

Гость поблагодарил за угощение и отбыл. Я проводил его до ворот и задумался. Пока все идет по истории. Хорошо ли это? Ведь там, в итоге меня ждет разгром на Корчеевской луке и смерть. Не нравится мне такая перспектива. Какая-то слишком глубокая лыжня выходит у моего старика. Никак не выходит с нее соскочить. А соскочить очень надо. Я жить хочу. Ладно, подумаю. Пока ясно, что контакт установлен. Уже это хорошо. Хотя три десятка пищалей ремонтировать дело не простое. Ничего, справимся.

Через пару дней к воротам солеварни подошло два воза, в поводу лошадь вел тоже коренастый, невысокий и совсем молодой парень с такими же, как у Хабарова светлыми волосами.

- Хозяева! – заорал он.

- Чего тебе? – ответил казак у ворот.

- Мне бы Онуфрия Кузнеца?

Я велел впустить юнца.

- Так, где Кузнец? – опять спросил он.

- Я Кузнец! – отозвался я – Что хотел?

- Я племянник Ерофея Павловича, - со значением произнес вьюнош – Пищали привез.

- Ну, хорошо, коли так.

Трофим, покажи племяннику, где у нас кузня.

Парень угрюмо зыркнул на казака и подвел своего Росинанта к небольшому строению с навесом, где я пока оборудовал кузню. Распряг коняку и собрался уже уходить.

- Погодь, паря, - окликнул я его. – Как зовут-то?

- Артемием мамка назвала.

- Что такой сердитый? Дядька где?

- Я не сердитый, а серьезный. А дядька уехал в Якутск.

- Скажи, что, как приедет, Кузнец его в гости звал.

- Скажу.

- Ну, тогда бывай.