Хроники вечной жизни. Иезуит

А вы отправитесь к Фердинанду Габсбургу и будете помогать ему воевать с еретиками!

– Хорошо, – вздохнул Федерико. – Что нужно делать?

– Сейчас идет отправка племенных лошадей Великой герцогине Тосканской, вашей, между прочим, теще. Извольте проконтролировать, чтобы все было правильно, Анджело даст вам список. А потом займитесь бумагами, на вашем столе их скопилось немало, и все требуют изучения.

Синьор Франческо помолчал и сказал гораздо мягче:

– Поймите, дорогой, вы моя единственная надежда. Я люблю вас и желаю только добра.

Если вы не возьметесь за ум, что станет с вами и с Урбино?

Приказав вынести кресло на балкон второго этажа, герцог развалился в нем и прикрыл глаза. Сейчас бы поспать!

Конюшие вывели во двор с полсотни лошадей, покрытых желто-черными попонами – цвета Урбино. Цокот копыт по каменным плитам, ржание, суета, крики. Нет, покоя тут не будет. Понаблюдав, как упругие мышцы животных перекатываются под лоснящейся кожей, герцог взглянул на часы центральной башни.

Одиннадцать. Боже, в какую рань пришлось встать! А лег он в три часа ночи. Он не выспался, ощущал все возрастающую слабость и жжение во рту. Болела голова и очень хотелось пить.

"Ничего не случится, если я немного посплю. Займусь бумагами, когда мозги прояснятся".

Он вернулся в спальню, велел лакею его не беспокоить и запер дверь. Как приятно вытянуться на кровати и закрыть глаза. Зачем его разбудили? Лошадей и без него пересчитали и отправили.

Жжение в горле перекинулось на щеки, а потом и на лоб.

Федерико провел рукой по лицу и ничего не почувствовал – кожа полностью онемела.

"Хм, забавно... Нет, определенно мне вредно рано вставать".

Федерико задремал. Во сне его окружали придворные, вознося почести. Поэты читали оды, музыканты играли на лютнях и виолах. Вдруг от толпы отделился какой-то старик, подскочил к нему и начал душить. Герцог пытался оторвать руки безумца от своей шеи, но тот давил все сильнее, и юноша уже не мог дышать, сердце бешено стучало, глаза налились кровью.

Из последних Федерико сил оттолкнул старика и... проснулся.

Он открыл глаза – комната плыла перед его взглядом, изо рта на подушку текла слюна, горло онемело, он не мог ни сглотнуть, ни крикнуть. Дышать было трудно, сердце то колотилось, то замирало. Обезумев от ужаса, Федерико попытался подняться, но тело свело судорогой, он упал на подушки, захрипел... и сознание его померкло.

Смерть герцога Урбино признали естественной.