Адъютор

И еще, давайте я вам озвучу сумму того, что вы можете получить в пересчете на золото Ландаргии!

- Я уже сказал, господа, аудиенция закончена. И чтобы вам до конца было понятно: вы даже представить себе не можете, сколько у меня скопилось сургуча в ящике письменного стола!

Оба они, не сговариваясь, недоуменно тряхнули головами: причем здесь сургуч?! Совершенно не причем, согласен. Но сейчас вы пытаетесь купить у меня ценой предательства то единственное, что имеется, и чем так дорожу. И я не хочу услышать цену за него, чтобы не появился соблазн, так будет проще.

Но то, что это будет именно предательством, зная законы Баравии, полностью убежден. Понять бы еще - успеть перед чем именно, они так торопились?

Оставалась пожилая дама в траурной одежде, которая и не собиралась уходить. И зашла в беседку сразу же после того как эти двое господ спешно ее покинули, для чего пришлось улыбнуться.

- Клименсе, вы должны убить этого мерзавца!

Несложно было понять, кого именно она имеет ввиду. Как и то, что ей куда меньше лет, чем подумалось издалека.

Лет сорок, если еще не моложе. Но как она выглядела! Серые, без единой кровинки губы, бледное, покрытое преждевременными морщинками лицо, и глаза, вокруг которых темнели почти черные круги. И взгляд. Настолько тяжелый и требовательный, что мне едва удалось его выдержать.

- Но, госпожа… - сказал я, не понимая, как мне следует действовать дальше.

- И вот еще что. Когда вы будете его убивать, у вас на шее должно висеть вот это.

Передо мной на стол лег медальон на ажурной золотой цепочке.

У него открывается крышечка, и обычно внутрь кладут портретную миниатюру любимого человека, локон волос. Я и не догадывался что такими до сих пор кто-то пользуется.

- Этот негодяй убил моего сына, а вы убьете его, - сказала женщина перед тем как уйти. – Не забудьте про медальон!

Она уходила прочь тяжелой походкой женщины, которую на этом свете уже ничего не держит, а до другого еще так долго! И весь срок ей предстоит прожить бессмысленно.

Понимаю ее горе. Но ведь и я не воплощение справедливости. Мне даже неизвестно, что стало причиной дуэли. И потом, давно уже успел дать себе слово не убивать никого.

«Тяжелый был сегодня денек, - размышлял я, поднимаясь к себе в комнату. – А ведь он далеко не закончился. Единственное, о чем приятно вспомнить, так это о предстоящей встрече с Клариссой»

Вряд ли госпожа сар Штобокк умеет читать мысли, но бокалов на столе заметно прибавилось.