Путь Пастуха

И тогда у нас будет много мяса и молока, — отвечала женщина уже спокойнее.

Её злость сошла также быстро, как накатила, сменившись глухой тоской. Она вдруг вспомнила, как тесно и весело было в их доме, когда все они были вместе — Таур, она и четверо их детей. Но уже три весны миновало с тех пор, как муж и старший сын пали от рогов дикого быка — именно после этого случая старейшие окончательно запретили мужчинам охоту, которую женщины посёлка и так не одобряли. Зачем она, если в Аратте полно мяса — большие стада овец и коз, а вокруг поселения — обширные поля пшеницы и ячменя, бобов и гороха.

Да ещё за блестящий чёрный камень, в изобилии предоставляемый осеняющими Аратту Материнскими Грудями, можно было выменять что угодно у прибывающих со всех сторон посланцев из других краёв.

На стадах, полях и чёрном камне, из которого получаются самые острые ножи и самые ясные зеркала, покоилось теперь могущество Аратты — главного поселения великого народа ар.

Раньше охота и правда была необходима для выживания народа, но теперь из-за неё только уменьшается число мужчин — которых и так мало.

Но они по-прежнему нет-нет, да обходят запрет — это у них в крови. Мало им защищать стада от нападений волков и леопардов, они сами хотят нападать, сражаться с дикими зверями, а потом поедать добычу. Уж такими создала их Триединая. Вот и глупый Таур пошёл на того проклятого быка, взяв с собой Пеку, только что посвящённого и радовавшегося своей первой охоте...

Как же больно!

И Ойно такой же. Только хуже — говорит ей, что намерен после посвящения с ещё несколькими парнями уйти в новую страну за западным морем.

Но откуда мало кто возвращается, а если и возвращается, то лишь для того, чтобы сманить туда ещё нескольких молодых мужчин — или даже безумных девушек.

— Скоро ты станешь мужчиной и старейшие позволят тебе носить передник и головную повязку из шкуры леопарда. Ты перестаешь работать с женщинами и детьми на полях, и будешь пасти стада, — твёрдо сказала она сыну.

«Хоть я видела уже больше тридцати вёсен, моё лоно всё ещё жаждет мужского семени, — горько думала она.

— Но никто из свободных мужей не возьмёт себе старую вдову, когда вокруг столько молодых дев. А я не хочу оставаться одна!»

Спустя год после гибели мужа и сына дочь вышла замуж и ушла в дом свекрови. А вскоре заболел и умер младший сын — в последние годы всё больше детей рождались слабыми, а то и вовсе порченными, и часто болели. Ойно — всё, что у неё оставалось.