Путь Пастуха

Вообще-то, считалось, что женщинам на совете вождей делать нечего и вообще им не место у святых Врат Солнца. Но, конечно же, все ореи нарушали это правило, так что Бхулак, взявший с собой всего одну жену, поступил ещё умеренно и относительно благочестиво.

Ави не спала — в темноте поблёскивали её чёрные глаза, устремлённые на мужа. Она была гораздо смуглее, чем большинство орейских женщин — родилась в одном из последних эратских поселений, которое разграбил и сжег клан Бхулака. Он забрал Ави себе, разбив каменным топором голову полонившего её воина.

Сделал он сие в поединке — как вождь, мог бы и не утруждаться и просто отнять женщину, но предпочитал в таких случаях поступать по старинке, то есть справедливо.

Его нынешняя старшая жена была не очень довольна появлением нового члена семьи, но, разумеется, вслух сего не высказывала. Бхулак понимал, что у полонянки будут проблемы с его домочадцами и уже готовился вставать на её защиту, но Ави на удивление скоро заставила себя уважать, заняв в семействе достойное место.

А когда принесла вождю сына, её положение ещё больше упрочилось.

Может быть, конечно, её побаивались из-за тёмной репутации эраток как сильных колдуний, способных легко навести на человека порчу. Поистине ли Ави искусна в магии, Бхулак не знал, хоть бывал свидетелем многих невероятных вещей и понимал, что ничего невозможного в том нет. Но совершенно точно женщина эта была весьма умна и проницательна.

— Господин мой Пех пребывал в плохих снах? — тихо спросила она, видя, что муж проснулся.

— Нет, — хриплым сонным голосом ответил Бхулак. — Почему ты так подумала? И почему не спишь?

— Ты говорил во сне, — ответила Ави. — А я почувствовала, что ты встревожен.

— Всё в порядке, — ответил Бхулак, обнимая женщину. — Спи, ещё рано.

— Скажи мне, что тебя гнетёт, господин, — настаивала она. — Я молилась о тебе Великой Матери, она сказала мне, что ты в опасности. Мы в опасности...

— Ты бы поменьше рассказывала про Великую Мать, — проворчал Бхулак. — Мне-то можно, но вот другим воинам не надо.

..

— Я знаю... Ты сейчас виделся со своим богом, господин мой?

От неожиданности у Бхулака замерло сердце.

— Что ты знаешь об этом? — спросил он более резко, чем хотел.

— Мать знает, — ответила она, отстраняясь. — Она знает всё.

— Не надо, Ави... — проговорил Бхулак, и в голосе его послышалась печаль. — Не надо тебе пытаться войти в реку моей жизни. Поверь, добра от этого не будет. Ни тебе, ни мне...

— Я знаю, господин, — проговорила она.