Боярыня

Джейкоб стал разворачиваться — среди транспорта, среди мечущихся людей, и когда в окне мелькнул океан, я увидела неизбежное.

Стена воды была еще невысокой, но она набирала силу и мощь, приближаясь к берегу. Неотвратимо, неумолимо. Вот оно — нельзя умолить. Со стихией не договоришься. Алекс, этот разгильдяй, конечно, везунчик.

Сирена, ор птиц, крики людей и — лязг металла. Набитый людьми седан столкнулся с трейлером, они сцепились, рвали шины и не могли тронуться с места. Я обернулась — идет волна. Ей осталось…

Совсем немного.

— Я объеду! — крикнул Джейкоб, и я ему поверила. Риск. Дорога, а рядом обрыв, заботливо обнесенный светоотражающими столбиками — сейчас их сбил трейлер, но риск оправдан. Доли секунды, какие-то доли секунды. Потом машина взлетит на возвышенность, и все будет кончено. В хорошем смысле, я уверена, да…

Трейлер все еще не терял надежду разъехаться. Я видела, что седан задел камень, уперся в него, и потому обе машины теперь неподвижны. Джейкоб впритирку, снеся левое зеркало, проскочил мимо них, трейлер дернулся, и я почувствовала, что нет опоры.

Просто подо мной не стало земли. А в следующий момент нас подняло и швырнуло.

Я оглохла и потеряла ориентацию. Я схватилась за впереди стоящее кресло, мир стал соленым и серым, едким, удушливым, меня крутило, брызги смывали… кажется, кровь?.. Мою или чью-то еще? Где мы? Я закрыла глаза и вдохнула, насколько хватило легких. Я уже ничего не в состоянии сделать, лишь верить, что в этот раз не умру.

Но воздуха не хватало. Я держалась из последних сил. Вокруг шумело все так, что я не слышала — одна ли я осталась в живых или кто-то еще кричит…

Только океан. Воистину человек — пешка.

Я кашлянула и удивилась, что нет воды. Подумала, открыла глаза. Было темно, но не настолько, чтобы я испугалась за свое зрение. Скорее сумрачно, откуда-то идет слабый дрожащий свет… и я лежу, совершенно сухая, но мне тяжело, что-то давит на шею и голову, невозможно тянет живот, чем-то пахнет — чем-то, что я не могу опознать.

Я пошевелила рукой, ногой. Все тело было покрыто чем-то невыносимо тяжелым, и непохоже, что одеялом, скорее всего, я уже в местной больнице, и тогда это гипс? Снова скверно, потому что я не уверена, что здесь есть хоть сколько-то оборудованная клиника, где мне и другим пострадавшим окажут помощь так, чтобы мы не остались обездвиженными до конца своих дней.