Руслана. Пересохшие реки, в которых раньше жили русалки.

Глафира схватила девушку за волосы и несколько раз с силой ударила головой о прибрежную гальку.

Удовлетворенная видом окровавленного лица соперницы, она собралась уходить.

- И даже не пытайся кому-нибудь жаловаться, - бросила она напоследок.

Руслана лежала без сил.

Значит, тëтушка решила, что у неё роман с Гордияном.

Фу.

Такое даже в кошмаре не приснится.

Любопытная чайка кружилась прямо над ней и противно орала. Кое-как Руслана встала и поковыляла в поместье.

Дома она сказала, что оступилась и упала со склона.

Лекарь никогда не спутает следы от плети и ссадины от ушибов, но девушка умоляла его никому ничего не рассказывать, даже матери. Особенно ей.

Под толстым слоем тряпичных бинтов происхождение ран было уже не важно.

Руслана провалялась в кровати три дня.

Настала ночь лунного затмения, которую не перенести до момента, когда девушка похорошеет. Подобное природное событие было большой редкостью. Звездочет сказал, что затмение будет почти полным. Только в такую луну можно сделать особый ритуал путешествия души.

«Практическая ворожба», глава тридцать вторая.

Круглое зеркало заговаривается заклинанием и опускается в речную воду. Тот, чья кровь попадет на зеркало, сможет на время отделить душу от тела. Ворожба будет действовать до конца потемневшей луны, затем душа вернется хозяину.

Руслана с отвращением смотрела на своë отражение.

Потом она взглянула в окно. Уже скоро.

Мама поправилась, они уедут домой в этом месяце. Надо идти.

Руслана взяла заранее приготовленные предметы: иголка, глубокий поднос, кувшин с речной водой и круглое зеркальце.

До верхнего этажа, где жил Ал, она дошла спокойно. Ни в одной из комнат не горел свет. Даже странно, что никому в доме не интересна столь редкая астрономическая диковинка.

Когда Руслана зашла в комнату, Алоис стоял спиной к двери, скрестив руки и опустив голову.

- Я думал, ты уже уехала.

Он повернулся и поднял на неё чёрные глаза. На лице его не было живого места. Следы от свежих побоев ещё никто не обработал.

Из рассеченной брови сочилась алая струйка. На губах тоже была кровь, но запекшаяся.

Девушка испуганно смотрела, а он вдруг улыбнулся.

- Я гляжу, тебе досталось не меньше, - от улыбки рана на губе опять треснула.

Руслана вспомнила, что её лицо тоже в синяках.

- Кто это? Гордиян? - спросила она.

Ал понимал, что больше подумать не на кого, и не стал скрывать:

- Да, кажется, я немного его разозлил.

Девушка подошла и потянулась к лицу юноши, но одëрнула руку.