Колыбель времени

— Выкиньте это тело за борт, пусть акулы попируют, а кожу ребенка отдайте матери, пусть она мне сошьет перчатки. Мерки я дам снять. Но если она попытается испортить кожу или плохо сошьет перчатки — еще один ребенок погибнет подобной смертью.

Все закивали.

— Можете отвести их обратно в трюм. А матери, бывшей матери, выделите маленькую каюту, пусть там шьет мне перчатки. Двое, Джоне и Рама, останетесь на карауле, чтобы эта дамочка ничего не выкинула, — приказала вампирша.

Пленных увели, Миринда бросилась к борту, чтобы выпрыгнуть в море, Эверилд вмиг оказалась рядом и не позволила ей это сделать.

— А ты иди к ребенку, и чтобы он был накормлен и доволен. Он тебя больше не тронет, но прежде, чем я отправлю тебя к нему, вынуждена отсосать у тебя яд, ведь ты не хочешь стать слугой Дьявола? — с этими словами Эверилд припала к ее запястью. — Можешь идти и будь хорошей девочкой, не гневи меня больше так. Поверь, я не получаю удовольствия от жестокого убийства детей. Не заставляй меня это повторять. Я не хочу всю жизнь потом мучиться кошмарами.

Я не демон и, поверь, очень люблю детей. Но в ярости я себя не контролирую и могу выкинуть любое безумие, тем более, если это касается моего ребенка. Всё, иди.

Миринда послушно поплелась в каюту дьявольского отродья. Какая она глупая была, когда попыталась убить это порождение тьмы! Из-за ее глупости и уверенности в успехе пострадал ни в чём не повинный ребенок. Как ей теперь с этим жить?

— Рама, можешь первое время присмотреть за моей кормилицей? Я знаю, что тебе это не по душе.

Но я обещаю отдать часть своей доли, если ты предотвратишь ее попытки самоубийства. Она сейчас слишком потрясена.

— Как и мы все, но я исполню вашу просьбу, мрачная госпожа, — покорно сказал Рама и ушел вслед за девушкой. Эверилд ментально связалась с ребенком и приказала вести себя тихо и быть хорошим мальчиком. Эрик понял и с ангельским лицом ждал свою злую нянечку. Кто сказал, что ее нельзя изводить другими методами?

Когда вся команда разбрелась по своим делам, а юнга отдраил палубу от крови, к Эверилд подошел Красный Бард.

— Надеюсь, это было в первый и последний раз. Я не потерплю больше жестокого убийства детей на глазах публики. Мне бунт на корабле не нужен, — он был суров и строг.

— Обещаю, милый, этого больше не повторится, если пленники будут вести себя подобающе. А вообще, их надо поскорее сплавить работорговцам, иначе они могут восстать. Пока они очень напуганы, но скоро отойдут, и в их головках будет зреть месть.