Знамена из Пепла

Некоторое время они оба напряжённо разглядывали друг друга. Нарушая тишину, со двора в конюшню проникал приглушённый гомон тягучей людской речи.

В руке орка вдруг появился золотой кругляш. Он ловко метнул его в Феранора, а тот непроизвольно его поймал. Разжав кулак, он обнаружил золотое эльвенорское солнце в котором кто-то просверлил маленькую аккуратную дырочку.

— Две луны назад ты заплатил этой монетой двум kurvim,— сказал орк.— Подтверди!

— Возможно,— Феранор покрутил в пальцах монету, отбросил её в кучу навоза и с прищуром посмотрел на орка.

— Я узнал о твоём возвращении едва ты проехал ворота. Мои послухи следили за тобой,— голос орка немного изменился, худое пепельно-серое лицо приобрело плотоядное выражение.— Я ждал подходящей оказии, чтобы поговорить. Но я, думал, ты выше, думал, ты настоящий витязь, раз смог убить стольких воинов. А ты… ты просто молокосос!

Щёки Феранора начал палить жар. Он скрестил на груди руки, расправил плечи и вскинул подбородок, придав себе вид гордый и надменный.

— Что тебе нужно?

— Ты убил моих воинов.

Феранор нахмурился, скрывая удивление. Он давно забыл о той драке.

— Ты — Глышак? — угадал он и холодно добавил, желая показать, что в курсе его договорённостей с шахом.— За каждого из твоих было заплачено золотом. У тебя больше нет права мстить.

— Кроме долга вождя есть ещё долг брата,— орк оскалил жёлтые зубы и рявкнул: — Убитые тобой — мои соплеменники!

— Ну, давай.— Феранор развёл руки, открывая грудь.— Я сейчас один и… (он покосился на застрявший меч) безоружен.

Дивно, но ему совсем не было страшно. Ну, вот нисколечко. Наверное, где-то на уровне подсознания верил, что сегодня ему погибнуть не суждено.

— Сейчас? Не-ет,— орк покачал головой.—Мне не нужно убийство. Сразись со мной. Завтра, на перекрёстке.

— Тогда мне придётся тебя убить,— Феранор беззаботно улыбнулся.— А я обещал Митрасиру, больше не трогать твоё поганое племя.

Вожак холодно улыбнулся, если его жёлтый оскал вообще можно назвать улыбкой.

— Думаешь, что сможешь спрятаться от меня? — спросил он хрипло.

Капитан сжал кулаки. Сердце учащённо забилось. Ему стало вдруг интересно: так ли хорош этот орк в схватке, как говорил Митрасир? Ладонь на рукояти кинжала вспотела, когда он представил, как выхватывает его и метает, гладя в широко раскрывшиеся глаза Глышака...