Знамена из Пепла

И он вдруг понял, что слова орка не более чем бессильная злоба. Глышак очень хочет его убить, но не может, стеснённый принятым золотом и законами Атравана. Поэтому он вызывает на поединок. Поэтому пытается разозлить, вызвать на себя первый удар.

«Нет. Не здесь. Не сейчас,— сказал себе капитан, медленно разжимая пальцы.— У меня есть дела поважнее. Я должен вернуться к Талиан!»

На напряжённом лице орка как будто даже мелькнуло разочарование. Глышак повернулся к двери.

— Не буду с тобой прощаться, алв со шрамом.

Мы встретимся скоро.

Джеслин ударил об землю копытом и глухо заржал ему в след.

____________

[1] Непереводимое эльдарское восклицание, выражающее довольство.

[2] Для удобства читателя все меры переведены к их близким земным аналогам.

[3] Напоминаю, что луна это эльвенорская серебряная монета

Глава 17

Эльдары единственная нация, не имеющая тюрем. Наказания ограничивается указанием носить на себе некую вещь, знак, или иной символ, свидетельствующий о позоре провинившегося.

Телесные наказания, в виде магической порки, проводятся очень редко. И никогда осужденные не наказываются обычным кнутом. За тяжкие преступления карают чаще всего изгнанием, и только в исключительных случаях, провинившегося отправляют в «Рощу Покаяния». Роща считается самой тяжкой карой. Преступника, в прямом смысле слова, обращают в дерево и оставляют на пару веков, среди таких же как он.

Амальрик «Записки путешественника»

Покинув бани Таллаки, Феранор ушёл в город.

Ведя Джеслина на поводу, он бродил по пустым улочкам. Его одолевали воспоминания. Вот дом Эрандилов, оранжерея с карликовыми деревьями, лорд Эрандил смотрит на него холодно насмешливо. Его обидные слова настойчиво звенят в ушах: «Лишь капитан... заняли его место… ваши сыновья, без возможности вырасти… у командиров свои дети...»

Дети, которым с пелёнок уготовано место в Совете или алый плюмаж лактэллина.[1] Такие, как Сандар. Как он вообще мог считать, что подобный ему может водить дружбу с кем-то ниже по статусу?! Это для него просто необычное знакомство, которым можно похвастаться перед истинными друзьями — сыновьями хранителей и сенешалей, приближенных к Благому Двору.

«Но почему?»

Разве он, Феранор, не перворождённый? Или он вечный должник, обязанный пресмыкаться за кусок хлеба? Его отец отплатил за приют, когда в трудный час вместе с другими переселенцами встал на Сильванне, отбивая яростные атаки орков.