Неправильная сказка

Графиня внимательно посмотрела в его остекленевшие глаза, ничего не сказала и пошла вниз. Придя в себя, Яков увидел ее посреди двора, беседующей с Магдой. Высокая, простоволосая, солдатская жена и низенькая, пожилая и очень изысканная дама - беседуют вежливо и совершенно, как бы нелепо это ни выглядело, на равных.

"Бред", - подумал он и пошел вниз. Солнце уже клонилось к закату. Стрельба на сегодня явно закончилась - драгуны отступали, над вражеским лагерем поднимались в синее небо дымки костров. Лесли, шатаясь от усталости, пошел вниз.

— Осторожнее, вы, - задумавшись, он чуть не налетел на мать-настоятельницу. Она тоже целый день обходила стены, ряса порвана пулями в паре мест, - смотрите, куда ходите.

— Извините, я …

— Поспите, капитан, - все тот же безапелляционный голос, но теперь он говорит дельные вещи, - вы едва на ногах держитесь.

— Надо еще...

— Не надо. Ваши люди справятся.

— Ночью будет опять не до сна.

— Я знаю. Но пара часов еще есть. Этой ночью вы понадобитесь... вашим людям.

Яков неловко присел на нагретые за день солнцем камни. Мышцы как то разом обмякли, прятавшаяся за дневной беготней усталость навалилась, взяла тело в плен. Сдвинув шляпу на затылок, Лесли лениво смотрел на башню донжона, на облака над ней. Вот одно, похожее на башню. Вот другое - медленно плывет на нее - необычное, похоже на всадника. В голове начали плясать странные, ленивые мысли - единственно важные, как всегда кажется в такие моменты.

Над старыми камнями хлопали крыльями коршуны. Облако, похожее на всадника - его вид неприятно напомнил Якову о Мероде и осаде. Рядом осторожно присела на камень настоятельница. Яков перевел глаза с нее на камни донжона.

— Кстати... - вдруг он понял, что напрочь забыл ее имя. Конечно, она представлялась когда-то, но с тех пор капитан слишком сильно старался держаться от нее подальше.

— Мать Мария, - мягко сказала она, поняв ее затруднение

— Скажите, Мария, как получилось что монастырь стоит в старом замке?

— Дом Хох... пожертвовал свое владение святой церкви, дом графини Амалии. Вот почему она ведет себя здесь хозяйкой. Впрочем, хозяйкой она будет вести себя везде. И все же...

— Давно?

— После эдикта о реституции...

То есть пятнадцать лет назад. Война тогда уже вовсю шла, но в победу еще верили.