Охотники клана Шиир. Кристаллы Иезуилла

В дверной проем заглянула перепуганная служанка, которая быстро вбежала, неся в руках поднос с чайником и чашкой. Оставив все это на столике, девушка задернула шторы, сделала спешный реверанс и убежала, словно ее преследовал демон. 

— Я велел падать вам чай, заваренный по особому рецепту. Он помогает успокоить нервы.

Девушка приподнялась на локтях и села, поглядывая на Элиеса, который, скрестив на колене пальцы, смотрел на штору. Его маска, действительно выглядела жутко. 

— Прошу прощения, но вы не могли бы снять.

..

Еще до того, как она закончила предложение, руки юноши потянулись к тесемкам и развязали узелок. Маска покорно упала на колени Элиеса. Однако оказалось, что на его лице осталась повязка в области носа.

— Зачем вы носите ее?

— Солнечный свет смертелен для меня.

— Я говорила не про маску.

— Ах, это... — юноша коснулся повязки и мягко улыбнулся. — Не хочу пугать людей своим уродством. 

Далия подвинула ближе поднос и налила себе чаю. Поднеся кружку к губам, она сделала небольшой глоток и улыбнулась.

— Вкус восхитительный.

— Рад служить.

— Вы хотели о чем-то поговорить со мной?

Юноша, наконец, повернул голову в ее сторону и посмотрел прямо в глаза, после чего снова отвернулся к окну. 

Девушке было не ясно, что такого интересного он там заметил. Она ждала ответа и не забывала отпивать из чашки чай.

— До нас дошли печальные новости.

— О чем вы? — встревожилась Далия.

Ее истерзанное переживаниями сердце снова затрепетало в груди, забилось в тревоге, предчувствуя что-то страшное.

Она поставила чашку на поднос и свела ладони вместе, молясь богу о милости.

— Я вынужден сообщить, что ваш отец мертв.

Несколько мгновений она сидела неподвижно, пока слова медленно охватывали ее сознание. 

Ее отец был мертв. 

Губы Далии задрожали. Он почувствовала, как ей не хватает воздуха, и приоткрыла рот, чтобы сделать хотя бы один спасительный глоток. Но тело словно стянуло обручами, она всхлипнула и опустилась на подушки, содрогаясь в рыданиях. 

Элиес с сожалением посмотрел на девушку.

Изменив своему обычаю не предлагать людям поддержки, о которой они не просили, он поднялся и, сев на ее кровать, осторожно коснулся плеча.

— Мне очень жаль, — прошептал он.

И случилось небывалое. Девушка, вместо того чтобы отпрянуть от него, вскрикнуть, оттолкнуть, вдруг кинулась ему на шею, уткнувшись лицом в грудь. Элиес на мгновение замер, а затем его рука медленно опустилась на ее спину, а другая прошлась по волосам.