Если я вернусь

И нам было хорошо, – Марина готова была пуститься в воспоминания.

–Столько времени прошло, – не поддавался Илья. – Сейчас всё другое: время, чувства, привязанности, обязательства.

–Я понимаю. У нас есть дети, которых не заменишь. Но остались воспоминания, о которых приятно думать. И приятно предаваться им.

–Вот этого не надо. – Ухмыльнулся, представив, что он вновь, как семнадцатилетний, бегает на свидания. Радости не почувствовал, но решил подыграть бывшей подруге. – Вдруг они вспыхнут вновь?

–Наверное, уже нет.

 – Видимо, и у Марины ничего не всколыхнулось, кроме дежурных воспоминаний, но слов было не жалко. – Хотя зарекаться трудно.

–Ну, что, голубки, поворковали? – Настя вернулась довольная сделанным заказом. Ей хотелось сегодня удивлять подругу и брата. С этим настроением ей хотелось казаться мудрее, поэтому она наставительным тоном вещала. – Назад ничего не вернешь. В детях запутаетесь. Надо надеяться на лучшее. А всё лучшее – впереди. Просто, надо уметь ждать.

–А не проще хватать его, пока ожидание не погасит искры того лучшего, что будешь ждать? – с еле заметным раздражением запротестовал брат.

 –  И можешь не дождаться. Как мы с Маринкой когда-то. А теперь уже не хочется что-то менять. Инерция или апатия. А проще сказать – поезд ушел.

–Илья, а ты пришел по делу? Или просто так, – вспомнила Настя, меняя тему разговора. – Еду скоро привезут. Французская кухня как-то не вяжется с делами.

–Дела особого нет. Просто хотел попросить тебя помириться с мамой.

–Еще чего! Она меня выгнала, велела больше не приходить.

А я, как послушная дочь, подчиняюсь маминому приказу, – Анастасия улыбалась с высоты своей разумности, гордо подняв голову. Обычно называя мать Зоей, она подчеркнула слова “маминому”.

Брат, конечно, заметил эту разницу, но, зная Анастасию, не стал уточнять, почему она вдруг заменила имя Зоя на маму.

–Ты помнишь, с чего всё это началось? Мама просила помогать нам. Но я категорически сообщаю тебе, что этого делать не надо, поэтому и конфликт, по идее, исчерпан.

 – Он рассмеялся, пытаясь превратить всё в шутку. – Вернись в семью!

–Это можно было решить как-то по-другому, но Зоя предпочла такой исход – пусть такой и остается, – она не хотела идти на какой-либо компромисс.

Илья опустил голову, у него не было больше аргументов.

–Представляешь, Мариш, – она обратилась к подруге, – ты тоже в такой ситуации послушалась бы свою мать, правда? – И не дожидаясь ответа, продолжила. – Да любой подчинился бы.