Сердце Скал

Как давно оруженосец Первого маршала не слышал вежливых отказов, которыми всю жизнь кормили последнего герцога Окделла! Впрочем, его единственное преимущество состояло в том, что он так и не отвык от встреч с глумливой рожей разочарования.

— Я понял вас, ваше высокопреосвященство, — напрямик ответил он. — Я должен рассчитывать только на себя.

— Верно, сын мой, — безмятежно подтвердил кардинал. — К тому же, вам не стоит оставаться в Агарисе. Вы встретите здесь… не лучшее общество.

— В таком случае, — упрямо сказал Ричард, — я должен ехать туда, куда направил меня монсеньор.

Раз уж я по-прежнему остаюсь его оруженосцем, я обязан выполнять его волю.

— Если вы поедете в Граши, — предостерег его кардинал, — вы сами предоставите Дораку случай обвинить вас в государственной измене. Разве вы не говорили, что не хотите, чтобы Окделл был срыт, а ваша семья подверглась гонениям?

— Думаю, что Дорак попытается разделаться со мной в любом случае, ваше высокопреосвященство, — твердо ответил Ричард. — Однако у меня есть пропуск, собственноручно подписанный герцогом Алвой.

Полагаю, что и офицеры заставы Саттэк не откажутся подтвердить, что меня сопровождали люди монсеньора и что мне было назначено ехать в Граши.

— А! Вас сопровождали люди Алвы?

— Домоправитель монсеньора рей Суавес собственной персоной.

— И он сам сказал офицерам, что вы едете в Граши?

— Да, и прибавил, что таково поручение Первого маршала.

Кардинал задумался.

— Тогда у вас есть шанс оправдаться в Большом Совете, если бы вы сами могли присутствовать там и если бы герцог Алва подтвердил ваши слова.

Ричард гордо поднял голову.

— Не думаю, что эр Рокэ станет лгать.

— Тем более, — продолжал кардинал словно бы про себя, — что в этом деле вы действовали скорее как сторонник династии Олларов. Я слышал, что его величество Фердинанд очень привязан к своей супруге и детям, а бракоразводный процесс и объявление наследника незаконнорожденным могло бы стать роковым ударом для этого несчастного государя… Смерть короля, утрата наследника… Очень изящный государственный переворот, вполне в стиле олларианского паука…

Дик уставился на кардинала широко открытыми глазами.

И правда! Как же он не сообразил этого сразу?..

— А знаете, сын мой, — внезапно сказал кардинал, оживившись, как будто очнувшись от размышлений, — я полагаю, что смогу быть вам полезным. Я напишу герцогу Алве в Фельп и объясню ему, что, как ваш исповедник и посредник, я готов способствовать примирению и взаимопониманию между вами.