Первое копьё: Алтарь Убиев

То ли каким-то чудом тот услышал, то ли и вправду был посланником богов — но лодка в своем скольжении заложила дугу и пошла на таран почти в нос германского корабля.

Кормчие Арминия почуяли неладное и начали разворачивать судно бортом к направлению удара, чтобы он причинил как можно меньше вреда и чтобы лучники с катапулитистами могли снять наглеца на подлете. Но было уже поздно, и лодка была маневренней хоть и небольшой, а все-таки барки. На миг Ригид разглядел этого безумца — слегка пригнувшись, поставив ногу на нос лодки, чтобы управлять ее наклоном, закрывшись щитом от стрел, он поднял дротик, наконечник которого мерцал синим огнем.

Еще мгновение — и лодка врезалась в скулу корабля, проламывая борт и снося лопасти-крылья. Молниеносный дротик полыхнул синим, и весь левый борт судна брызнул щепками. Римляне на стене заорали от радости, германцы выкрикивали проклятия. Какое-то время казалось, что барка все же удержится на воздухе — но ударом и в самом деле снесло два камня по левому борту, барка накренилась и потеряла равновесие, носовой воланс не мог компенсировать подъемную силу двух камней по правому борту.

О боги, хоть бы Арминия тоже убило, подумал Ригид.

Но нет. Боги оказались не столь милостивы. Арминий встал на носу кренящегося корабля, подняв меч и щит, и германцы, увидев это, воспрянули духом.

Ригид не мог издали в неверном свете волансов и пожаров разглядеть его лица. Но кто еще был так высок и статен, кто еще носил алый плащ, кто еще мог так бестрепетно стоять на носу корабля, рывками спускающегося к темным водам?

Но тут что-то изменилось. Арминию пришлось обернуться. Пришлось покинуть нос корабля и… вступить в бой? Да. Ригид глазам своим не верил. Этот неизвестный в его шлеме — он просто не мог выжить после такого удара и взрыва волансов.

Но он выжил и стоял сейчас перед Арминием, угрожая мечом.

Кажется, он и в самом деле был богом.

— Кто ты? — спросил Арминий.

— Враг, — ответил римлянин, уверенно переступая по кренящейся палубе, спокойно перешагивая через покалеченных и убитых.

Он не должен был так твердо стоять на ногах. Арминий видел, что он крепко ударился о платформу баллисты, а щепки от разбитого орудия и лодки вонзились ему в спину, плечи и бедра.