Русская сказка

Но никак не мог – все его воинские подвиги, не шли ни в какое сравнение со славой знаменитого сарматского царя.

   - Может быть, на самом деле всё не так было, может, и не совершал царь Гатал таких подвигов! Кто сейчас знает правду? А мне говорят все, что я плохой воин, что мне до него далеко! Что же, так обо мне никто и не узнает?

 Гатал обернулся к Званко, ища поддержки у друга. Но сам Званко никогда не стремился к тому, чтобы весь народ знал его имя. Потому и помочь другу ничем не мог.

 Тогда Гатал обратился к сестре:

   - И ты меня не понимаешь! Тебе, Мара, всё равно, что наша мать назвала тебя своим именем!

   - Да, мне всё равно! И тебе пора бы успокоиться!

 Но смиряться он не собирался.

 Званко наклонился к Маре:

   - Значит, тебя зовут – Мара, дочь Мары. А знаешь, как это на нашем языке будет?

   - Ну и как? Скажи мне!

   - Мара Маревна! – сказал ей Званко, который хорошо разобрался, как вели свой род сарматы.

 Радка поняла, что она здесь лишняя и хотела уже уходить, но тут и вернулся Гатал. Он вошёл шатёр и сказал им:  

   - Ну, как вам, нравиться? Теперь меня уже ни с кем не перепутают! 

 За это короткое время он изменился до неузнаваемости. Голову он обрил, оставив одну прядь волос надо лбом. От трёхдневной щетины остались одни усы. 

 И верно, никто из сарматских мужчин так до него не ходил.

   - Сестра, дай мне своё зеркало.

 Мара принесла ему зеркало. Гатал заглянул в него. Он долго тёр бронзовую поверхность зеркала куском войлока, чтобы придать ему блеск. Но отражение никак не желало становиться лучше. Гатал долго-долго смотрел в него, а потом сказал, обращаясь к самому себе:

   - Ничего, сейчас война и на меня никто внимания обращать не будет. А через месяц волосы обратно отрастут.

 Они вышли из шатра наружу. Сейчас всё кочевье роксоланов было одним огромным воинским лагерем. Больше ничто не напоминало о мирной жизни. 

 Тогда и увидел Званко большую войну, на которую равно ходили все сарматы. Ведь это было их общее дело, решающая битва за свободу. 

 Роксоланские всадники строились. Перед ними на середину поля вышел царь. Он оглядел своих воинов. Числом их было десять тысяч.