Дочь Эриу

Канбад поковылял к столу, сильно заваливаясь на правую ногу, бесцеремонно вклинился между Дайриной и Финном и вцепился в кабанью шею своими худыми, острыми пальцами.

Горячее мясо шипело, брызгал жир и огненная кровь, но старик хватку не разжал и вырвал из свой кусок.

            Зал огласился торжествующим кличем, снова наполнился звуками стонущих инструментов, и десятки жадных рук набросились на мясо.

Финн потянулся за своим куском, вырвать который у него никак не получалось. Возможно, дело было в том, что состояние героя, который с самого утра уже готовился к пиру, уже и так было вполне пограничным.

Эль и крепленое вино затуманили взор принца настолько, что тот и не заметил по правую руку от себя достопочтимого друида с глазами, наполненными горячей желчью. А милая женушка, отделённая от супруга навязчивым гостем, ничего не желала ни есть, ни пить. 

Конх был достаточно прозорлив, чтобы увидеть в таком соседстве нечто такое, что тревожило его. 

Он прекрасно понимал, что Дайрина никакая не дочь Дану.

Он имел долгий и обстоятельный разговор с её отцом, который и не отец ей вовсе, а бывший наёмник. Тот получил девчонку как оплату после не слишком удачного похода и воспитал как родного ребёнка. Достойный человек. Даже не прельстился женской прелестью, когда вошла девица в свою красу. И красы сей не попортил. А девка-то стала истинным искушением. 

Дайрина была родом из теплых земель, где солнце наполняет соками черный виноград, и тот превращается в чёрное вино.

Её кожа нежна и отливает бронзой, волосы золотятся, как высохшая трава по осени, а глаза – как у рыси рыжие.

Не только красотой славилась девушка. Она оказалась с таким же жгучим нравом, как  колхидская дракония кровь. Девушка не просто вытащила дуралея Финна из болота, куда тот угодил по пьяни, она ещё и заставила себя уважать. Юноша совершенно не привык к отказам и хотел даже взять девчонку силой, но та дала отпор. Финн приковылял побитый, как шелудивый пёс.

Трезвея, кричал, что сделает кубок для вина из прекрасной головы лесной девы. И даже намеревался собрать отряд, чтобы исполнить задуманное.

Но тут за гордую девушку вступился сам король.

Его предчувствие не обмануло владыку.

Одного взгляда на Дайрин было достаточно, чтобы испытать желание поклониться ей в пояс. Кроме того, Конх рассудил, что такая умная жена, которая прекрасно справляется со своей ролью дочерью Дану, станет хорошей поддержкой Финну.