Синие облака

Сергей выплескивал эмоции в виртуальность, по лицу его можно было увидеть, когда он побеждал или проигрывал, когда его танки взрывались или нападали. Тут были и огорчение, и ликование, и язвительность, и ярость, и торжество. «Ему бы в мимы пойти, – про себя предположила Саша, – Марсель Марсо отдыхает!» – Она представила мужа на улицах Парижа в костюме великого мима. Ухмыльнулась и продолжила работу, обо всем забыв. Саша умиротворенно доделывала свою работу, изредка выходя на кухню, чтобы принести еще бутербродов, кофе или яблок, которые они, молча, уничтожали.

Тихая семейная жизнь текла своим чередом.

Саша надолго ушла на кухню. Тихо заворчала стиральная машина. Вкусно запахло жареным мясом, огурцами, чем-то еще пряным и сводящим с ума. Сергей бросился на кухню, чмокнул жену в щеку, схватил кусок, получил за это по рукам и умчался за компьютер, где его команда в он-лайн режиме перешла в наступление. Саша доделывала каждодневные дела, потом закончила реферат, который нужно было сдать завтра, зашла на кухню, чтобы выпить стакан кефира, муж кефир не признавал, считая, что на ночь лучше съесть бутерброд.

Посидела еще недолго, глядя в окно на разорванные фонарями сумерки, мысленно проходя по завтрашнему дню, не забыла ли чего. Она очень устала, вздохнула и приказала она сама себе:

– Теперь в душ и спать.

Саша тихо вошла в комнату, подошла сзади к мужу, обняла его за плечи, положила голову на плечо, целуя его в щеку.

– Пойдем спать, вояка! Иначе завтра тебе понадобится волшебная взгрелка.

Сергей левой рукой погладил ее по влажным волосам, правой не выпускал мышку, упорно глядя в экран.

– Ложись, Сашура. Я чуть-чуть посижу и присоединюсь к тебе.

– А теперь скажи ласково! – Саша пыталась отвлечь игромана.

– Санюра! Пойдет?

– Пойдет, – вздохнула не слишком довольная жена.

Он обернулся к жене. Саша в этот момент слегка качнулась, развязала пояс, и шелковый халат легчайшей пушинкой соскользнул с ее плеч.

Мгновение и Саша оказалась в объятиях веселого Сергея.

Он был бодр и напорист, как будто виртуальные бои наполнили его силой энергией. Он целовал жену нежно и в то же время крепко, как бы говоря: «Ну, голубушка, ты от меня не вырвешься». Но она и не пыталась бежать от него. А он целовал ее еще горячее от душа тело, пытаясь вдохнуть в нее свой задор. От его страсти она вспыхнула и отдалась ему, как отдавалась в медовый месяц.

– Сашка, я люблю тебя! – он продолжал держать ее в своих объятиях.