Проклятие Прометея. Книга первая. Ахиллес, сын Пелея. Два в одном

***

Царь, желающий продолжить свой род, выпускает на волю лучшего из своих коней. Самого сильного, самого дикого, не знавшего седла и наездника. Иногда этот конь иссиня-чёрен, иногда – ослепительно бел. Масть не имеет значения, главное, что это всегда лучший конь, это всегда больше, чем конь, это почти бог.

Не каждый может правильно выбрать "октябрьского коня", как когда-то, ещё не скоро, назовут этот обряд жители италийского города Рима, который построят потомки тех, с кем ты, рыжеволосый Ахилл, и твои товарищи по оружию будут сражаться в нарочно для вас придуманной войне.

- Откуда ты знаешь, Хирон?

- Я ведь сын Времени...

Вслед за конём-богом пойдёт и царь с войском. Не верхом на нём, не в колеснице, в которую можно его запрячь – следом за ним. Пути бога не должны зависеть от тяжести человеческого удобства.

- И что будет с теми, кто станет на пути коня-бога?

- Они станут частью этого пути, и уже им самим выбирать – проводить ли царя, идущего по пути судьбы, став ему добрыми попутчиками, либо выстелить собой его путь, легши под копыта коня-бога.

- И тогда? Если конь – не судьба?

- Значит, не судьба...

Они ещё о многом говорили, учитель и ученик, бог и последний герой. О пути длиною в год, об алтаре с очагом в виде птицы внутри храма, обращённого к востоку. О правилах возведения этого храма, символизирующего конец пути. И о центре очага внутри храма – месте, куда смещается центр мира, "пуп вселенной", если царю, конечно, удастся завершить ритуал.

- Пуп вселенной? Разве?..

- Не только боги и люди подчиняются судьбе. Вселенная тоже. Поэтому её центр смещается, если...

- Если мне удастся закончить путь.

Хирон не ухмыльнулся, услышав это "мне". Потому что конечеловек знал – именно ему, этому рыжеволосому мальчишке может удаться завершить этот путь.

- А что потом?

- А потом ты убиваешь коня.

- Судьбу?

Мальчишка не удивлён, он просто хочет услышать подтверждение своей догадки.

- Именно – судьбу. Там, в конце пути судьба становится подвластна тебе, а ты – не подвластен ей. Ты можешь её изменить...

- Выбрать нового коня?

- Убив старого, - сухо заканчивает Хирон.

Сухо – потому что сам боится того, что будет – потом. В конце этого пути. Тебе страшно, сын времени? Что ты видишь?

Мойры. Не сами три богини: Лахесис, достающая жребий; Клото – вечная пряха и неотвратимая Атропос. Нет, не эти три богини, а мойры – как судьбы вообще.