Проклятие Прометея. Книга первая. Ахиллес, сын Пелея. Два в одном

Ночью ты снова пойдёшь к той скале и станешь на том же самом месте, где стоял в тот день, после которого и приобрёл славу убийцы великого героя. Одни убивают Минотавров, Горгон, Гидр...

А ты – убийца героя.

Так считают. Так думают. Так говорят.

Но никто не знает.

***

Это ведь была ночь?

Ночь...

И Эгейское море было черно, как парус, заставивший шагнуть со скалы царя, отдавшего морю своё имя. Почему раньше тебя звали Лиловым, море?

В чёрной глади моря, носящего имя мёртвого царя, отражалось чёрное небо, и звёзды казались драгоценными камнями или глазами чудовищ, затаившихся в этом мраке.

Он был на самом верху – там площадка три на три шага, с камнем посредине, на котором так удобно сидеть.

- Радуйся, Тесей, - произнёс ты. В спину. Ещё испугался, что он может упасть. Но испугался ты, а не он.

- Радуйся и ты, Ликомед, - ответил убийца Минотавра, не оборачиваясь. – Радуйся хотя бы ты. Должен же кто-то радоваться этой ночью.

- Мы можем пойти в мегарон – и разбавить тоску ночи вином, Тесей.

Мы можем пойти в гинекей – любая из женщин будет рада тебе. Стоит тебе захотеть, даже моя жена...

Ты умолкаешь. Ты уже успел разбавить себя вином, и не знаешь, чего в тебе сейчас больше – вина или крови. Но вино как-то вдруг выветривается, оставляя тебя посреди этой ночи наедине с великим убийцей, с героем...

- Моей женой была Прекрасная Елена, Ликомед, - произносит сын Эгея, купая взгляд в море, носящем на волнах имя его отца.

- Она и впрямь такая? Прекрасная?

Плечи Тесея едва шевельнулись – первое его движение с того момента, как ты увидел его этой ночью.

- И впрямь, Ликомед, и впрямь. А с тех пор всё вкривь и вкось...

Герой уже не помнит о тебе, не видит тебя – он просто говорит. Потому что так просто говорить, когда ты один... Когда ты герой...

- Её украдут снова, Ликомед, я знаю. Как когда-то украл я. Только теперь за ней пойдут не только её братья Кастор и Полидевк, могучие Диоскуры... Пойдёт гораздо больше героев – а вернётся гораздо меньше... – афинский изгнанник невесело усмехается.

– Меньше, чем Диоскуров... Я знаю – она для того и рождена, рождена Прекрасной... Когда Кастор и Полидевк осадили Афины, меня там не было...

Да, Тесея не было в Афинах. Об этом все знают – он был в царстве Аида, похищал для своего друга Пейрифоя Персефону – супругу подземного владыки.

- Ерунда это всё – про Персефону, Ликомед. Чушь...

- Но ведь все знают... – попытался возразить ты.

- Они не знают, Ликомед, они говорят. Никто не знает.