Оттенки серого

В день, когда мистер Уайт решил навестить сэра Джереми, последний выглядел совсем непредставительно, если не вызывающе. Успешный магнат давно смотрел на общественные порядки и правила свысока и по любому предмету имел собственное мнение. Сэр Джереми посчитал лишним приводить себя в порядок после сна и даже не стал завтракать. Растрёпанный, он запахнул на себе восточный халат – подарок Сейида Сами-эфенди, османского дипломата и литератора, без устали чествовавшего европейскую цивилизацию, — разостлал на круглом венецианском столике карту Лондона, на неубранной кровати распластал карту Соединённого Королевства, вооружился стальным пером, листами бумаги и погрузился в одному ему ведомый мир.

Отрешиться от зловонной Темзы и городского шума Акройду помогал Шопен. К полудню сэр Джереми исчертил стопку бумаг и, казалось, напрочь забыл о своём бренном теле, которое не мешало бы покормить.

— Эврика! — вдруг воскликнул Акройд во весь голос, чем напугал музыканта и заставил замереть музыку где-то на полпути из гостиной в спальню.

Заминкой не преминул воспользоваться дворецкий. Будто призрак, неслышно явился на пороге почивальни, бегло оглядел беспорядок, учинённый его господином, и с неизменной степенностью известил:

— Время обеда, сэр. Прикажете накрывать?

Джентльмен взглянул на часы и ответил рассеянно:

— Пожалуй, пора, Арнольд. Немного. Я уезжаю.

— Сказать мистеру Уайту, что вы не сможете принять его?

— Уайт? Здесь? Что ж, пригласи его на обед. И позови Тома, я похож на воробья.

Пока Джереми Акройд возился с чертежами, мистера Уайта развлекала непринуждённой беседой миссис Акройд.

Хоть музыкант и был скорее частью интерьера, формально он служил оправданием для молодой леди, общавшейся с мистером Уайтом, считай, наедине.

Женой сэр Джереми обзавёлся всего полгода назад, так как устал слушать о том, что столь почтенному и видному джентльмену не пристало оставаться холостым. Маргарет Акройд происходила из рода не только древнего и знатного, но и расчётливого, что объясняло согласие её родителей на брак с баронетом.

Помимо ветвистого фамильного древа и уважаемых в светском обществе родственников, миссис Акройд имела и другие достоинства: добрый нрав и редкую красоту. Её статная фигурка прельщала всех кавалеров на всяком балу, а у дам вызывала зависть различных цветов. Тёмные тона, к сожалению, преобладали, так как человек — существо порочное.

В общем, Маргарет Акройд была такой девушкой, какую и ожидалось увидеть рядом с сэром Джереми.