Солдаты Сумерек

Мамочка!!! Мне больно, мама!

Это же Володька! Блин, он же в одиночку дрался с отрядом! Зубров рванул на голос, растолкал группу мужчин. Даже не сразу узнал лежащего, возле которого сидели первая спасённая красавица и какой-то вооруженный мальчишка. Оба старательно освобождали части кровавого месива от железа и что-то перевязывали длинными холщовыми лоскутами. Которые один из крестьян методично отрывал от большой праздничной скатерти. Николай тоже бухнулся на колени:

— Володька, что с тобой? Володька! Очнись! Господи, да не умирай ты!!!

— Коля? — тот попытался приподнять голову.

— Коля, как мне больно...

С трудом открыл глаза, обвёл всех затуманенным взором:

— Девушка, мальчик, рыцарь какой-то... Сплю, что ли?

И окончательно потерял сознание.

Глава 5

Очнулся Феоктистов снова на топчане бабушки Линде. Привычно пахло травами и химикалиями, чадила коптилка. Но было и отличие: рядом, неудобно примостив локоть на столе, спала незнакомая девушка.

Не понял?! Внимательно осмотрел доступную обозрению часть лица. Ровная бровь и густые ресницы. Лёгкий бугорок скулы над нежной, слегка впалой щекой. Красивая, самой природой твёрдо очерченная линия губ. Из-под косынки выбивались тёмные волосы с выгоревшими светлыми прядями. Хм, где-то он её уже видел...

Неожиданно пронзила боль. Непроизвольно застонал, и незнакомка дёрнулась, уставилась карими, огромными с испуга глазищами. Володька хотел подняться, но новый спазм не дал это сделать.

Розовая ото сна сиделка тут же упёрлась горячими сильными ладонями ему в грудь и мягко, но решительно положила обратно:

— Лежите-лежите! Рано вам. Бабушка говорит, вас даже трогать нельзя!

— Так чего ты трогаешь?

Симпатяшка испуганно отдёрнула руки, и он расхохотался. Впрочем, очередной приступ утихомирил. Но и та уже рассмеялась и поправила тюфячок под головой.

— Вот что, милочка, помоги-ка мне встать!

— Нет-нет! Вам нужно выпить отвар и сменить повязки!

— Ладно, не возмущайся.

Давай сюда отвар, а повязки подождут.

Превозмогая боль, взял деревянную чашку и решительно опрокинул в себя.

— Он же горячий! — запоздало вскинулась красавица.

— А, ё…перный театр!!!

Торопливо залил в рот холодной воды. Наконец, смог перейти на ромейский:

— Раньше не могла сказать?!

Девушка виновато опустила голову, бархатные глаза сразу заблестели.