Братья-рыцари и камни Гроба Господня

— Ещё бы: как их достать на чёртовом Кипре, если у меня под боком английский король, фламандцы, полдюжины герцогов и полсотни баронов только и ждут того, что я как-нибудь ослаблю свою хватку и займусь этими проклятыми храмовниками?! До меня уже не раз доходили слухи об их замыслах, поверьте: они готовят что-то ужасное, но ни я, ни мои доверенные люди не знают деталей, — король вернулся от окна к своему столу и постучал указательным пальцем по лежащей на нём книге Пьера дю Буа:

— Мой королевский прокурор в своих трактатах мечтает о том времени, когда французские короли смогут построить большой дом европейских народов, с единым хозяином во главе.

Боюсь, что пока существуют храмовники — все его идеи так и останутся лишь идеями. Тамплиеры подобны дьявольскому змею, чей яд точит возводимый мной величественный фундамент единой Франции. Они удобны всем — торговцам-евреям и ломбардцам, баронам и графам, королям и герцогам! Они всем сужают деньги и искусно накидывают паутину своих командорств на все христианские земли! Вот скажите мне: как убить змею, если она лежит глубоко под камнями, так глубоко, что никакой палкой её не достать?!

— Мой король! — де Ногаре поспешил воспользоваться паузой в монологе короля.

— Но теперь змея выползла из своего логова!

Король недоуменно вскинул брови:

— Что ты имеешь в виду, Гийом?

— Великий магистр тамплиеров покинул Кипр. Вместе со всей своей казной и в сопровождении сильного военного отряда он сегодня прибудет в Тампль!

— Да?! И я узнаю это только сейчас?!

— Мой король! Я сам узнал это только сегодня ночью и потратил её на проверку полученных сведений.

Они оказались верны.

Лицо короля превратилось в застывшую ледяную маску:

— Так значит: змея покинула своё убежище?.. — смело... и очень глупо...

— Они, мой король, свято верят в свою неприкасаемость и силу покровительства Папы.

— Но нынешний Папа далеко не Бонифаций VIII. Климент V слаб и сейчас пляшет под мою дудку!

— Да, Ваше Величество, и мы должны воспользоваться этим обстоятельством и решить вопрос с храмовниками.

Только сделать это нужно будет осторожно. Время теперь будет на нашей стороне — мы всё тщательно спланируем и ударим в тот момент, когда всё будет готово.

Некоторое время Филипп Красивый молчал. Он вообще, за исключением редких часов, был молчалив, обычно предпочитая сначала выслушивать мнение своих советников и лишь потом, всё взвесив, выносить своё решение, очевидность которого и без этого всем уже была ясна и понятна.