Братья-рыцари и камни Гроба Господня

Недаром же, конечно за глаза, епископ Бернар Сессе говорил о нём, не иначе как: «Это — не человек и не зверь. Это — статуя».

Де Ногаре и Мариньи конечно слышали это выражение и, в принципе, были с ним согласны, но, хорошо памятуя о той холодной решительности, которую проявлял Филипп в борьбе со своим врагами, сейчас благоразумно молчали, ожидая его «собственного» решения.

Впрочем, они были уверены в успехе задуманного, и всё, что они хотели сказать, они уже сказали.

Королю оставалось лишь поставить точку в уже составленном ими плане, и он её поставил:

— Я желаю взглянуть на то, как Жак де Моле появится в Париже. Я хочу увидеть всё своими собственными глазами!

— Мы уже отдали все нужные распоряжения, Ваше Величество. Мы, в составе небольшого кортежа, выедем отдельно от вашего двора и со стороны тайно пронаблюдаем: и за самим Великим магистром, и за тем, каков величины обоз он привезёт в свой Тампль.

— Что ж, хорошо, тогда — в дорогу!

— Только, мой король, — де Ногаре указал на вызолоченный королевскими лилиями камзол монарха, — вы слишком величественно выглядите, вас нельзя будет не заметить. Не соблаговолите ли вы надеть чёрный плащ — не стоит привлекать внимание простолюдинов, да и самим тамплиерам лучше не знать о вашем к ним интересе: всему должно прийти своё время...

Глава 5

Дорога, из Авиньона в Париж, где-то в одном дне пути от столицы, Île-de-France, королевство Франция, 23 октября 1307 года от Рождества Христова.

День понемногу начинал клониться к вечеру, но высокое безоблачное небо было ещё светлым, а холодный осенний воздух — кристально чистым и по-деревенски свежим.

Сидеть в трясущейся на ухабах повозке и чувствовать всем своим телом, как её колесо в очередной раз наезжает и упирается в лежащий на дороге камень — то ещё удовольствие, особенно когда ты разменял уже пятый десяток совсем непростых лет своей жизни.

Так зачем же мучить свои бока и спину, когда твои ноги привыкли мерить землю своими шагами, а голова полна важных мыслей, которые надо передать ученику, готовому с жадностью впитывать каждое слово своего мудрого наставника?..

— В наши дни католичество переживает не лучшие свои времена.