Месть и прощение

Иногда ваших магов заносит к нам в Фагрин, когда учитесь порталы строить. Только чтобы кого-то занесло в мою пещеру, такого не припомню. Как же ты сумела сквозь горы пройти? — устраиваясь напротив нее на валуне, спросил он.

— Не знаю… — с трудом оторвав взгляд от знакомых очертаний печати, растерянно ответила она. Но заметив, что хозяин пещеры ждет объяснений, на ходу придумала: — Я в лавке камешек переноса купила. Хотела попробовать, как работает. А он сюда меня занес.

— Чего испугалась так? Радуйся, что в камень во время переноса не вросла, — попытался успокоить ее охранник, заметив, что лицо гости стало синевато-бледным.

— Я об этом и подумала. Как же домой теперь доберусь… — снова всхлипнув, со страхом прошептала гостья.

— Ты мне сырость здесь не разводи. Мой друг-артефактор тоже делает портальные камни. Только дороговато просит за них, — почесал в затылке мужичок.

— Такой же, наверное, обманщик, как и торговец в лавке? — подозрительно спросила Нэлика. — Тот говорил, что попаду, куда мечтаю, а оказалась вон где!

— Да как ты можешь такое говорить! Огрен честный гном.

Он у нас в Фагрине самый известный ученый! Ты, поди, об эльфах Ниатона мечтала? Так скажи спасибо, что криворукий лавочник попался, а то бы сгорела в магической завесе, — разгневанный хозяин пещеры вскочил и суетливо забегал по пещере. Подкинул в костерок горючий камень и, сердито что-то бормоча, стал помешивать варево в котелке.

Наблюдая за ним, Нэлика приводила мысли в порядок: «Как смогла выбраться из пещеры, запечатанной девятиконечной Звездой Инглии, только Древние боги ведают.

Хорошо хоть узнала от болтливого охранника, что оказалась в государстве гномов».

— У меня похлебка готова, завтракать будешь? — перебил ее размышления мужичок.

— Буду, я давно не ела, — обрадовалась она.

Постелив на большом плоском камне чистое полотенце, гном вынул из котомки круглую буханку и несколько луковиц. Рядом поставил закопченный котелок. Лишняя ложка у него тоже нашлась. Горячее варево из котелка черпали по очереди.

— Тебя как звать? А то хлеб переломили, а имени твоего не знаю, — спросил охранник.

— Нэлика.

— А я Грун, родом из подгорных гномов. Ты хорошо говоришь на нашем языке, где научилась? — полюбопытствовал он.

— У меня дар такой. Любой язык понимаю как свой родной. Скажи, а зачем ты сторожишь эту пещеру? — уводя разговор от себя, спросила гостья.

— Это случилось много веков назад. Даже прадед мой не помнит той войны.