Сын Моря, Сын Огня

И ничуть не грозный — совсем не похож на бога Огня, напугавшего Фальку в чертоге Мадальгрима. Можно было подумать, что это слабейший из римского рода, но одежда и доспехи выдавали в нём высокого господина. Воистину чудной народ: добились такого могущества при столь слабых вождях.

Римлянин ткнул себя в грудь и что-то проговорил. Похоже, назвал своё имя — Луций. Фалька назвался в ответ, и римлянин радостно кивнул. Зачем-то поднял руку к небу и произнёс длинную речь, помянув имя Фальки. Колдует, что ли? Но римлянин рассмеялся, а смех у него был добрый.

Может, он этим жестом Фальке удачу приворожил, в знак благодарности?

Потом римлянин что-то спросил. Фалька не понял, пожал плечами. Римлянин потянулся к рукояти Сполоха, и Фалька ударил его по руке. Парень миролюбиво раскрыл ладони. Указал на меч, потом на себя.

— Нет, теперь он мой, — сказал Фалька. — Был ваш, а теперь мой. Я его в бою забрал.

Римлянин улыбался и кивал, хотя, конечно, не понимал ни слова. Дурак какой-то. Он протянул Фальке свой меч.

Фалька осторожно взялся за белую рукоять, вырезанную из кости неизвестного зверя, и с замиранием сердца вынул из ножен красивейший из клинков. Он был длиннее и тоньше Сполоха, с изящным острием, похожим на ивовый листок. Огонь костра отразился на лезвии, и в маленьком убежище словно взошло солнце. Такой меч даже не конунгов достоин — им должны владеть боги. Видно, этот сопляк был очень важным римлянином. И мог стать очень важным пленником. Уж Мадальгрим, мудрая голова, придумал бы, что с ним делать. Но боги решили иначе.

Обезумевший от красоты Фалька посмотрел на ножны. Гладкая красная кожа без единого шва, скрепленная серебряными стяжками. На них бились неизвестные голые люди. На одной стяжке два воина сражались копьями у крепостной стены. На другой ладья взрезала искусно выточенные морские буруны, и с её носа вперёд глядел какой-то юнец. Героя третьей стяжки Фалька узнал — могучий воин в звериной шкуре сражался с семиглавым змеем. Давеча Фалька пил с племенем междуречья, и те рассказывали о славных подвигах этого героя, сына южного бога.

Как же его имя...

— Геракл! — воскликнул Фалька. Луций его понял и что-то радостно ответил.

Воины междуречья говорили, что этот герой захаживал и в Срединную Землю. А когда он свершил много чудес, то добровольно взошёл на костёр и вознёсся на небо, став богом. Красивая история. У этого Геракла была могучая палица, как у Берена, да волшебный лук, как у Варгара.