Перевернутый. Шут

– Ч-что?Ровере Боргезе. Насколько Изабелле было известно, человека с подобной фамилией в окружении ее семьи не было. Но Изабеллу больше сейчас всего волновало, почему Маделейн так назвала ее. – Изабелла Ровере Боргезе, – повторила Маделейн, покачав головой и снова направившись к сестре, взяв со стола веер в руки. – Также всем известна как Изабелла Мойн де Мезьер, которая ни капельки не похожа ни на кого из своей семьи, – подойдя к девушке, Маделейн резко схватила ее за руки, насильно повела на другую часть комнаты и усадила за туалетный столик.

– Ни на сестер, ни на мать, ни на отца. Даже ни на кого из дедушек и бабушек со стороны отца или матери, – Маделейн повернула голову сестры к зеркалу, стоящему на столике. – Ты когда-нибудь задумывалась над этим?Изабелла отрицательно покачала головой, с трудом сдерживая новый поток слез. – Нет? А я – да. И я знаю, почему. Маргарита тоже знала, но ей стало жалко тебя. Бедная Маргарита, у которой всегда было мягкое сердце, – Маделейн отпустила голову сестры и взяла ее за плечи, оставаясь стоять за спиной и смотря на отражение Изабеллы. – Адольф Джин де Мезьер не твой отец.Слова сестры эхом отдались в ушах Изабеллы, ее глаза округлились, из них полились слезы. – Ты нежеланный ребенок, – Маделейн до боли сжала хрупкие плечи Изабеллы. – Нет, ты не результат романа или случайности, – Маделейн наклонилась и прошептала следующее слова сестре на ухо: – Ты дитя сексуального насилия.

❧

– Как продвигается ваше дело? – спросил Феликс своего друга за обедом.

– Вполне нормально, но я считаю, что оно может продвигаться лучше, чем сейчас, – ответил высокий слегка полноватый мужчина, сидящий напротив Феликса за столом и разрезавший большой кусок мяса на своей тарелке. – Разве вы не работаете во дворце с финансами? – Да, но я собираюсь покинуть свой пост, как только хорошенько раскручу свое дело, – мужчина тяжело вздохнул. – Я уже слишком стар. Было бы хорошо, если бы мой сын, – Франк кивнул на Флорента, сидящего рядом с ним по правую руку, – занял бы мое место, но, к сожалению, этого не случится. Его сердце принадлежит океану. – Море – это тоже очень хорошо, по крайней мере, я так считаю, – пожал плечами Феликс. – Да, оно опасное, но это лучше, чем сидеть дома и ничем не заниматься. И, насколько мне известно, – мужчина посмотрел на Флорента, – ваш сын сейчас известен как один из самых удачливых мореплавателей за последние несколько лет. – С этим я не могу поспорить.