Вязь времен-2. Стань моей тенью

Свои функции он понимал более чем широко, и полномочиями пользовался с размахом. Но вначале все эти специфические детали были мне неведомы.

-Похвальное желание, дочь моя, - одобрительно возвестил святой отец, - Я с радостью готов принять еще одну овечку в свое стадо.

От этой благосклонной шуточки меня ощутимо передернуло. Вот к чему я не стремилась, так это попасть в стадо, пусть даже это будет стадо Христовых овечек. Выбор, однако, ограничивался малым: или записаться в язычники, или добросовестно косить под христианку, поститься, ходить на исповедь и привыкать к смирению, которого я не выносила.

Я выбрала второе, почти сразу об этом пожалела, но отступать было поздно.

-Люди слишком мало внимания уделяют общению с Господом, - заметил он как бы между прочим, и я поняла, что мне предстоит лекция по теософии, и деваться от нее некуда.

-Человек корыстен во всех своих проявлениях, и в любви к богу более всего, - продолжал святой отец, располагаясь в кресле, и указывая мне на соседнее.

В большом зале только что завершился обед, обитатели Скай-Холла разбрелись кто куда, и наступало самое подходящее время для ведения неспешных философических бесед.

-Где же ваше снисхождение к пастве? – улыбнулась я, еще надеясь перевести беседу в ироническое русло.

Надежды увяли почти сразу же: мой новый пастырь настроен был – серьезнее некуда. Вместо ответной улыбки я увидела на его лице лишь гримасу пренебрежения.

-Люди обращаются к Господу, когда им нужна его помощь, или когда приближается час их смерти.

Вот ты, дочь моя, часто ли возносишь Ему хвалу? Часто ли просишь у него совета – не потому, что тебе нужна его помощь, а потому, что хочешь познать божественное провидение?

Я молчала. По правде говоря, до божественного провидения мне не было никакого дела. Однако и о помощи я не просила его ни разу.

-Ты не отвечаешь мне? – он знал, что мне нечего ответить, и просто разыгрывал свою роль, как и полагается хорошему актеру.

Мне, видно, пора было вставить свою реплику.

-Люди обращаются к владыке небесному, когда земные властители уже не в силах им помочь, - заметила я, стараясь навести его на беседу о сюзерене, при дворе которого он, как будто, служил.

В ответ он саркастически усмехнулся.

-Нет выше власти, чем власть Господа. И как бы ни мечтали государи земные заменить владыку небесного – им это не под силу. Вот разве что мы, смиренные слуги Господни…

-Так вам тоже хочется власти, - осенило меня, как выяснилось немедленно, абсолютно неверно.