Невеста

Порошин не имел особенно красивых черт, но сейчас его лицо казалось Анне прекрасным. Что за милое лицо! – широкое, чуть смуглое, каштановые вьющиеся волосы, подкрученные вверх усы, а на этом фоне светлые глаза, почти светящиеся небесной синью.

- Мне всегда было интересно: как вы попали к Грозовскому? – спросила Анна.

Порошин не знал, куда деть глаза. Внимание великой княжны его ужасно смущало.

- Случайно, Ваше Высочество. Мне выпало служить в одном гарнизоне с Юрием Владимировичем, сыном Его Светлости.

Как-то ночью случилось несчастье – пожар в казарме. Юрий Владимирович замешкался, едва не погиб, но я вовремя рядом оказался. Его Светлость, узнав об этом, оказал мне величайшую милость, приблизил к себе. Вот уж семь лет при нем служу.

- Ему с вами повезло.

- Спасибо, Ваше Высочество, - Порошин смутился еще сильнее.

- Вы простите, что я так бесцеремонно, - Анна вздохнула и отвела, взгляд, - Отвлекаю вас, заставляю со мной сидеть. Но не обижайтесь, пожалуйста, ведь я уезжаю. Где в Иовелии мне случится увидеть еще одно такое же коронийское лицо, как у вас?

- Ну так вы же хотите уезжать, разве нет?

- Хочу и не хочу больше всего на свете.

Я глупая: я мучаюсь оттого, что покидаю людей, которых никогда не знала и места, которые толком не видела.

- Главное любовь, - заключил Порошин после некоторого молчания, - Если есть она, все можно стерпеть.

Анна затихла, задумалась. Порошин недолго сидел около нее. Скоро он откланялся и вернулся к лошадям.

Смеркалось. Анастасия Павловна пригласила Анну на веранду выпить вместе чаю напоследок.

Анна послушалась. Она была будто во сне, сидела у окна, рассеянно глядя наружу. Разговор тек мимо нее. Анна знала: когда тьма совершенно зальет небо, приедет Фред. До тех пор мир для нее остановился. Она ждала Гриндора со сжимающимся сердцем, потому что была уверена – рядом с ним вся ее тоска пройдет. «Когда есть любовь, все можно стерпеть».

Было около полуночи, когда Порошин, до этого сидящий на траве под окнами и смотрящий на бледные звезды, вдруг вскочил и побежал к воротам.

«Приехал!»

Спокойствие сохраняла одна Таисья. Анастасия Павловна суетилась, раздавая приказы. Слуги Летнего дворца не привыкли к поздним визитам столь высоких гостей, как иовелийский принц. Они были взволнованы и бестолково бегали из комнаты в комнату. Алекса сидела напротив Анны и изо всех сил старалась вести себя достойно благородной барышни. Не выдержала. Рыдания вырвались из ее груди.