Невеста

Однако, ни к матери, ни к Алексе ее теперь не тянуло. Скорее наоборот, от них хотелось сбежать: одна создавала вокруг суету и беспорядок, а другая угнетала своим упадническим настроением.

Анна запрокинула голову наверх. Позолоченное закатом небо, словно кулисы обрамляли кудрявые кроны дубов. Последние часы дома, последние часы под этим небом. Конечно, в Иовелии небо не хуже, такое же голубое, но все-таки другое. Анне не верилось, что она уезжает навсегда. Это невозможно. Не может такого быть. Что-то обязательно должно случиться и переменить планы.

Что будет, когда она уедет? Павел Николаевич придет в бешенство. Сначала дочь, теперь внучка. Он возненавидит ее – возненавидит люто, смертельно.

«Пути назад не будет, - думала Анна, - Вне всякого сомнения меня объявят предательницей, врагом государства или чем-нибудь еще хуже.»

Но какой же она враг? Разве может враг так любить страну, которую придает?

А она любила, о, как любила! Едва ли Анна любила кого-то из людей столь же сильно, как Коронию. Откуда взялось столько патриотизма? Анна не знала.

Она всегда была такой, с детства, всегда любила своих соотечественников нежной, заботливой, материнской любовью: любила гулять по городу и слушать чужие голоса, глядеть на незнакомые, но такие родные лица. Она вдруг стала вспоминать людей, которых знала лично, или лишь когда-то видела в городе. Неужели ей больше их никогда не увидеть? О, милые, милые, светлые лица! Слезы градом хлынули из ее глаз. Анна опустила голову на колени. Ее плечи пару раз содрогнулись, а потом смиренно опустились.

Евгений Порошин, адъютант Грозовского, возившийся с лошадьми неподалеку, услышал ее всхлипывания и заволновался. После недолгих колебаний, он подошел к Анне.

- Ваше Высочество, не печальтесь так, - произнес он, - Все будет хорошо, не извольте беспокоиться.

Анна подняла глаза. Обычно, она не имела склонности заговаривать с малознакомыми людьми, но сегодня все было не так.

- Сядьте рядом, Евгений Демьянович, я хочу смотреть на ваше лицо.

Порошин послушно опустился на ступеньку рядом с княжной.

Было неловко, но он продолжал смотреть ей в глаза.

Порошин был родом с юга Коронии, где владения помещиков так же обширны, как и бедны. Господа там не многим отличались от своих крестьян и работали с ними бок о бок, чтобы не разориться и не умереть с голоду среди жаркой каменистой степи.

Анна утерла слезы и долго глядела на адъютанта, будто любовалась. И лицом и говором он был удивительно похож на крестьянина.