Благословлённые #1. Гальрадский ястреб

— Североземцам нужно удержать власть, потому что они выжидают. Но вопрос, чего именно? И я думаю, что они ждут собрания старейшин.

Дьюк ничего не ответил и посмотрел на Камиллу, которая осторожно уточнила:

— А что такое собрание старейшин?

— Ты что, не знаешь? — искренне удивилась Лира в свойственной ей манере. — Это важнейшее мероприятие, на котором избирается новый император на следующие три года. Среди старейшин есть как представители простого сословия, так и самой верхушки аристократии. И даже кое-кто из других государств, например, супруга принца Освальда.

Они и избирают императора.

Камилле, как и Дьюку, этого не откуда было знать. Для них в деревне все было просто, выборы императора назывались выборами.

Лира поспешила закончить мысль:

— В обличие дяди или меня североземцы могли бы заявить о праве на престол и захватить власть во всем Гальраде. И уже потом разрушить государство изнутри.

— А у тебя есть шанс стать императрицей? — сразу поинтересовался Дьюк.

— На ближайшем собрании нет. Хоть меня к этому и готовили с самого детства, пока что я слишком молода и не опытна в политике.

Сначала нужно какое-то время вести дела провинции и необходимо, как управитель, в чём-то себя проявить. Хотя бы провести некоторые положительные реформы. И заручиться поддержкой старейшин. Тогда будет шанс.

Дьюк отрицательно покачал головой:

— Североземцы долго готовились и тщательно все планировали, прежде чем попытаться убить кого-то из членов вашей семьи. Они бы не стали надеяться на счастливый случай или удачное стечение обстоятельств.

Их план должен быть определен от и до. Тут скорее что-то другое.

— Сейчас они не могут напасть, потому что на границе северной провинции установлен аванпост ордена Нефритовой зари, — вспомнила Камилла слова Дориана. — Может быть, они хотят на этом самом собрании под каким-нибудь предлогом попросить императора отозвать орден? Лжегрейнор же не может прийти ко двору посреди бела дня и просто так это попросить?

Лира задумчиво посмотрела на воспитательницу и тяжело вздохнула.

Затем неожиданно вспомнила:

— Фри…то есть, Камилла. Амелия просила передать, что звала тебя поговорить. Наедине.

Это нисколько не удивляло. Стоило предполагать, что когда Амелия узнает правду про свою воспитательницу, вопросы начнут появляться сами собой.

— А, да, конечно. Пойду, проведаю Амелию. Только не засиживайтесь здесь, сегодня нужно совершить все приготовления. Дьюк, приходи ко мне в комнату вечером, — напоследок попросила Камилла.