Скотий Бог. Мать-медведица

Эх, пёсий хвост! Делать нечего. Раз про неживое дело, значит, идти ему на закат, где кости мертвых покоятся в курьих избах да курганах. А пока до заката есть время, можно и отдохнуть. Сил итак много ушло, пока наденешь на себя это грузное человечье тело, пока из лесной тени шагнешь, а та держит тебя за космы, не выпускает своего любимого сына... Сложа на груди руки, сполз волхв на землю, оперся хребтиной о пенек и смежил веки.

Ах, знал бы он, с чем дело возымеет — и глаз сомкнуть не смог бы, а пока дрема легла на плечи и сделала его лицо совсем-совсем младым и справным.

Только бабочки рядом летают и кузнечики стрекочут. Благодать…

— Ведун-батюшка! Ведун-батюшка!

Влас проснулся — только зубы щелкнули, эван как с места подкинуло. Ну и голосина у этой девчонки! Издалека ж бежит, руками размахивает, косы назад, а вой — ну прямо будто в ухо комар вопит. Он аж успел подняться, вечерней росой в лицо плеснуть и шубу сползшую на плече опять заколоть на спрятанную костяную пуговку.

— Чего орешь как скаженная?

Девчонка поскользнулась, неловко затормозила прямиком лбом в сухую грудь ведуна.

Тот только вздохнул терпеливо, сквозь зубы воздух потянул и чуть нос не зачесал от сладкого домашнего духа. Пахло от Веселы нагретой куделью и мочеными яблоками, пирожками с его любимой земляникой и овечьим мехом. Пастушка зарделась и голос сделала робеньким, будто не она тут выла как лось на гоне.

— Так то... Тама... эт самое! Рожають!

— Кто?

— Так сноха Кривова!

— Ну и здорово матери да младенцу.

Влас хмуро дернул плечами, как зверь дикий, и пошелестел шкурами вниз с холма.

Веселина — за ним. Вот же ж, как лист в банный день...

— Меня Крива послал! Бабица-пупорезка в селе другом, у дочи своей роды принимает! А дитятко раньше срока и вперед ножками... Спаси, ведун-батюшка!

— Так пусть над тазом присядет да потужится, мое дело какое? — огрызнулся ведун, начиная злиться, — я не повитуха, в ваши бабьи дела по локоть залезать... Несведущ! Отстань, у меня и без того забот полон рот...

— Батюшка!

Бам! Не понял сразу ведун, что за дела, только споткнулся и едва носом колею не пропахал.

То Веселина ему в ноги упала, колени обняла и ну давай его босые ступни слезами поливать.

— Вот же ж! — скрипнул ведун зубами, — Ну что за глупая девка!

— Да вы хоть рядом постойте... Велеса попросите... Скотий бог — добрый бог, он не позволит злу случиться! Прошу! Сестрица то моя! Старшая! Не первые роды у Улады, а дитенок первый будет, она удушится, коли и в этот раз...