Путь домой. Год надежды.

В его версии случившееся в гербовом зале лабиринта сражение представилось как воплощение в жизнь коварного плана графа де Лаган, мол там притаилась пара опытных убийц, которые и закрыли проход за спиной Глена, а потом помогли господину убить слишком уж ретивых гвардейцев. Сам Глен выжил лишь чудом, он неудачно упал, сильно ударился головой и потерял сознание. Но эта потеря сознания была недолгой, потому Глен успел заметить, каким проходом ушёл граф и его люди. Вот этим-то проходом он и выбрался из лабиринта. К моменту, когда он оказался на свежем воздухе, графа и его людей уже и след простыл, точнее смыл ливень.

Глен вернулся во дворец так поздно, потому что поначалу надеялся переждать дождь.

Трудно сказать все ли поверили в такую его удачливость, но и возразить-то было нечего. Герцог лично пожелал увидеть этот до тех пор неизвестный ему выход из лабиринта. Найденных там убитых похоронили в тот же день ещё до заката. А уже на вечерней заре вся гвардия во главе со своим господином и его двумя праиэрами покинула Бетенгтон, отправилась в Фернинг - другой замок герцога, много менее удобный, но зато более безопасный…

На момент тайного визита Рая во дворец Бетенгтон, там ещё никто и не подозревал о том, что Маги убежала.

На осторожный вопрос о том, где же сейчас подруга грозного Глена, Раю сказали, что эта девушка живёт своим умом, и никто не смеет ей указывать, даже старшая горничная, ведь никому не хочется потом отвечать перед праиэрами за какие-то свои возможные ошибки.

Что ж, теперь оставалось лишь ждать весточек от Виктора и заняться выполнением его наказов, имена которым Маги и Антуан.

Если зеленоглазое сокровище было рядом, то Антуана ещё предстояло найти.

Графа и прежде не покидало беспокойство о этом его сыне, но после разговора с Виктором это беспокойство стало много сильнее, и даже начало приносить ночные кошмары. Его Светлость уже тысячу раз пожалел о своём промедлении, и теперь только о том и думал, как бы скорее отыскать запутавшегося в сетях герцога Антуана.

В основном об этом же и были почти все его разговоры с Раем.

А Маги тихо внимала им и крепко сжимала в руках записку Виктора. «Милая моя Маги, умоляю, прости меня. Я не сказал тебе правду, потому что… это не прощание. Ты знаешь, что я всегда буду помнить тебя, а теперь ещё и смогу быть за тебя спокойным. Твой Виктор», — прочёл ей эти слова граф тогда, в пещере, в день их знакомства. А потом добавил от себя:

— Когда-нибудь ты и сама это прочтёшь...