Пробуждение Мёртвых Богов - 2

Я выждал паузу, давая им возможность выплеснуть эмоции, а затем поднял руку, призывая к тишине. – Вандалы считали Рим слабым и неспособным защититься. Они вообразили, что его богатствам место у них в королевстве, которое они построили, отобрав у нас Карфаген. Они полагали, что римским гражданам место в кандалах. Но мы с вами показали им, что значит Рим!

Толпа взорвалась радостными воплями, и в этот раз я выдержал паузу подольше, чтобы затем перейти к следующей части.

– Вы знаете, что первым своим указом я отправил свою армию в Карфаген, дабы наказать вандалов и вернуть провинцию в лоно империи.

И когда я поступил так, мои противники решили этим воспользоваться! Пока мои войска освобождают Карфаген от вандалов, предатель Рицимер привел к стенам города других варваров, желая отнять у меня скипетр!

Среди граждан послышались недовольные голоса, а я, повысив голос, перешёл к главной части своего выступления.

– Я обращаюсь к вам, свободные граждане Рима! Стоит ли мне отдаться на волю этих людей и передать им город? Стоит ли позволить им казнить меня и вновь взять власть в свои руки?

Недовольные голоса переросли в гул, который стал нарастать.

Вдохновлённые моей речью, люди гневно озирались по сторонам, словно в поисках тех самых недругов, которые хотят лишить их свободы и надежды. Не давая ситуации выйти из-под контроля, я поднял вверх обе руки, призывая к тишине и вниманию. Когда наступила тишина и все взоры обратились ко мне, я произнёс то, ради чего устроил всё это выступление.

– Мои войска уже выдвигаются обратно и через несколько дней будут в городе. Поможете ли вы мне оборонять его до этого момента? Поможете ли вы мне спасти Рим во второй раз?!

И тут вся толпа словно взорвалась. Они кричали так, будто это были не обычные граждане, а самые страшные воины, которых устрашился бы сам Аттила. Всё моё окружение, включая понтифика, изумлённо глядело на меня и на тот эффект, который я вызвал своей речью. Даже Лициния, всегда державшаяся гордо и несколько покровительственно, сейчас смотрела на меня с трудно скрываемым восхищением.

Да, товарищи, психология толпы – это вам не придворные интриги, в которых вы всегда на коне.

* * *

Флавий Юлий Валерий Майориан, бывший ранее учеником самого Аэция, сейчас стоял посреди центральной площади Карфагена, отдавая распоряжения своим войскам. Город пал быстро, сопротивление оказалось весьма жалким и, практически незначительным.