Ассистентка господина инквизитора

Тонкая струйка подожженных пряностей ненавязчиво накрыла комнату запахом никому не известных трав с далеких островов Галевейского океана. Раиль тихо издала стон, потом вскрикнула, точно птица, кружащая над гнездом. Молодое тело прогнулось струной, и обмякло.

Старуха, что сидела рядом, безучастно отпила из пиалы. Она слишком долго жила, чтобы открывать сердце радости или беде, чтобы тревожиться, или наоборот, отплясывать жигаджу с бубном своего племени. Да и ноги совсем ослабли от старости, еле волочатся по земляному полу хибары, где она прожила последние пятьдесят лет своей долгой, почти столетней жизни.

Ведьма прижилась в этом месте, хотя поначалу было трудно. Старый город – бедняцкий район Арвенваля, столицы государства, тяжело принимает чужестранцев. А уж с неизвестных архипелагов океана и подавно. Но у ведьмы Даи получилось.

- Просыпайся, Раиль, хватит шляться по Безвременью, - окликнула девушку старуха и бросила взгляд на ее Таххоя – блик жизни, вьющийся чуть ниже живота. Крепкая нить, и ведьма из нее получилась бы сильная.

Раиль распахнула глаза и резко села на кушетку.

- Дая…

- Молчи, и слышать не хочу, - ведьма исподлобья посмотрела на девушку. – Положи камень на место.

Раиль с трудом разжала ладонь. Пальцы, сжимающие невзрачный камень, больше похожий на прибрежную гальку, побелели от напряжения.

- Почему ты никогда не помогаешь? Что тебе стоит?

Старуха удивленно замерла, а потом мелко засмеялась. Ее смех был похож на шелест листьев в ветреную погоду.

- Это я не помогаю? Раиль, паршивка ты приблудная.

Раиль не стала переубеждать. Если ведьма считает, что ее приводит сюда любовь – пусть продолжает заблуждаться.

- Прости, - тяжело встала она с лежанки. Камень в ее ладони медленно остывал. – Прости.

- Прощу. А сейчас уходи, - ведьма отставила пиалу и отвернулась, уставившись в маленькое окошко, за которым плескались волны.

- Совсем сдурела девка, – прошипела в спину Раиль ведьма и стукнула кулаком по столику. Ручная сорока с подбитым крылом, от шума, испуганно свистнула и торопливо захромала в клетку, спрятанную в ворохе травяных пучков.

Неприметный алтарь в дальнем углу темной комнаты, обманчиво переливался полудрагоценной яшмой, ониксом, дешевой щербатой бирюзой, отвлекая взор от круга простых камней, просто гальки. В центре этого круга стояла лампада, чадящая травяным дымом.