Приключения Полли и Мартиши: Иномирье

– Я провожу вас, и на этот раз не пытайтесь покинуть кровать.

– Да, пожалуйста, Полли, мне о многом нужно вам рассказать. Наберусь только сил. – Джон, схватившись за её плечо, уже просто висел на ней беспомощным кулём.

Полли подоткнула одеяло под старика и посмотрела на него, словно мать на нерадивого ребёнка. Без злобы, но с огорчением. Некогда благородные черты лица осунулись, оно было настолько измождённо, что вызывало приступ острой жалости, а руки, что лежали вдоль тела, были похожи на тонкие веточки, обтянутые в бледный пергамент с рисунком из старческих пятен и синих росчерков вен.

Где-бы он не странствовал, сейчас ему нужно только одно – уход и покой. Всему своё время, решила Полли и убедившись, что Джон заснул, пошла на кухню проверять припасы в леднике, ведь чтобы поставить его на ноги, одного бульона здесь будет недостаточно.

_______

Мартиша понуро сидела в стороне и смотрела как слёзы непобедимой воительницы Фриды, капали на морду Буяна и стекая вниз подали на траву, она прислонила свою голову к его и поглаживая нежно рукой загривок, что-то успокоительно нашёптывала.

Буян лежал на земле и косясь умным глазом на хозяйку, тихо храпел.

У самой Мартиши уже не осталось слёз от горя. Из его крупа, чуть ниже грудины, выходил наружу штырь металлической арматуры, Буян мучительно умирал.

– Отвернись пташка. – Фрида достала засапожный нож и убедившись, что девочка отвернулась, закрыв при этом уши, перевела полные слёз глаза к своему, наверное, единственному другу в этом жестоком мире.

Спустя время, Мартиша вздрогнув, почувствовала прикосновение Фриды к плечу. Она тут же уткнулась ей в грудь сжав кулаки перед собой и казалось бы, иссохшие слёзы, с новой силой полились, вперемешку с грудными всхлипами.

– Он был лучшим девочка… – Фрида смотрела вдаль потухшим взглядом по верх плеча Мартиши на чистую, голубую лазурь неба. – я… растила его с момента как ожеребилась одна из кобыл равнинников, нет лучше заводчиков лошадей чем у племени Рунгира, это был царский подарок от них за успешный набег на Урус-хан… Таких коней не продают, их можно заслужить только пролив кровь врага племени.

Я жила у них полгода, пока он не оторвался от молока матери… сколько же с ним было хлопот пташка… – Воительница гладила девочку по спине, окунаясь в нежные воспоминания взросления жеребца.

– Что теперь Фрида? – Девочка подняла заплаканное лицо к воительнице, боясь заглянуть через плечо в сторону лежащего Буяна.

– Теперь… будем жить дальше пташка.