Золотое правило

Чтобы добраться до своих покоев этажом выше, нужно или пройти насквозь этот коридор налево, в конце которого находится еще одна лестница, или спуститься на первый этаж и провести похожий маневр там.

Снизу послышались шаги, и выбора не осталось: пришлось выбрать первое.

Она ожидала, преследователь что-нибудь скажет, но тот молчал. Ничего, она отлично помнила его шаги со времен, когда ублюдок гостил в Греймхау. Шаги, из-за которых она еще полгода после его отъезда вздрагивала, заслышав любой невнятный шорох из-за дверей.

Идель ускорилась. Легрейф — тоже.

На лестнице к третьему этажу, она подобрала юбки и, выжимая остатки сил, побежала по ступеням.

— Я просто хочу поговорить, Идель! — крикнул Легрейф, перестав скрываться. — Нам нужен компромисс!

Идель засеменила быстрее. Выбежав в коридор, она прихватила подол еще крепче и припустила, постоянно оглядываясь.

— Идель!

Сердце заколотилось в горле. Главное успеть добраться до комнаты и запереться как следует.

— Идель!!

Проклятье! Еще и Алатира с Рейбертом пришлось отослать, когда они так нужны! Конечно, в замке полно гвардейцев, но.

— Идель!!!

Черт возьми! Он почти миновал лестницу! Идель оглянулась опять... и тут же взвизгнула, когда чьи-то руки потащили ее в сторону.

Глава 4

— Идель! — раздалось в очередной раз, но теперь уже из-за двери.

Женщина стояла, придавленная к стене. Твердая мужская ладонь крепко зажимала ей рот. Темно-серые глаза, раскрытые шире обычного, смотрели в упор. Идель сглотнула, пытаясь сориентироваться в происходящем, но усталость, арозанское вино и мужчина, источавший теплый аромат из смеси стали, соли и мускуса, сводили попытки на нет.

Видя, что Идель практически не соображает, Тальесин приложил к губам указательный палец другой руки, затем приложил его к уху и указал на дверь. Спустя несколько секунд раздались торопливые шаги Легрейфа — он вывернул в коридор с лестницы. А затем, не увидев женщины, сорвался на бег и промчался мимо комнаты, где стояли ее светлость и хаделиндец.

Тальесин еще раз поднес палец ко рту и осторожно отодвинул вторую руку от губ женщины. Смотрел он по-прежнему безотрывно, испытующе, словно в каждую секунду спрашивал: «Ты же точно сейчас не сделаешь глупость?».

Идель облизала нижнюю губу и еле заметно кивнула.

Легрейф достиг противоположного конца коридора и затарабанил в дверь ее покоев.

— Идель! Идель, открой!!

— А он настойчивый, — шепнул Тальесин, намеренно не отстраняясь.