Золотое правило

Вылезла въевшаяся до костей привычка командира защищать своих людей.

— Э... простите, милорд?

— Ты ни разу в жизни не трахался, и у тебя яйца налились так, что уже натирают?

Молодой Дормер понял, что его не разыгрывают. А еще говорят, у его дочери язык без костей! Угу, есть в кого!

— Н... нет, ваша светлость, — быстро сменил тон молодой лорд.

— Тогда не смей заваливаться на девок в моем чертоге. Зачем прибыл в такую рань? — хлестко спросил герцог.

Уильям поклонился — больше на рефлексе, чем как-то еще: голос Теоданиса будто сам собой настраивал смотреть в пол.

— Я приехал к барону Квинси, свататься к его дочери. Мы поговорили, но, когда я попросил встретиться с леди Квинси, барон сообщил, что все незамужние дамы герцогства сейчас в вашем чертоге. Поэтому я тут же поехал к вам и перво-наперво, разумеется, пришел засвидетельствовать почтение.

Теоданис поднял на парня строгий, придирчивый взгляд.

— Тебя не было в рядах во время последнего конфликта с Хаделиндом, верно?

Дормер прочистил горло:

— Н-нет, я ведь не солдат.

— Я вижу.

От интонаций Теоданиса Уильям почувствовал, что сильнее его еще не оскорбляли.

— Ну, давай, свидетельствуй.

— А? — окончательно растерялся Дормер.

— Ты сказал, хочешь засвидетельствовать почтение. Ну, давай. — Теоданис подмахнул рукой, словно это могло помочь донести до тупого баронского сынка, что делать.

Хотя недоумением и возмущением поперхнулся Уильям, кашлем зашелся Теоданис. Тяжелым кулаком поколотил себя в грудь.

— Воды! — крикнул он, пока Уильям раскорячливо кланялся. Он стремился сделать это грациозно, но из-за особого усердия получался ровно обратный эффект.

Отосланный слуга еще не вернулся, но, как выяснилось, Туллия ожидала за дверью, так что она быстро нырнула внутрь и позаботилась о его светлости. Теоданис, попив, почувствовал себя лучше, и поочередно указал на Туллию и Дормера.

— Отведи его в женскую половину, он хочет поговорить с дочкой Квинси. И возьми пару стражников. Кажется, наш друг Дормер не слишком вежлив с женщинами.

У Уильяма заметно покраснели уши.

— Я не хотел...

Тео глянул на Туллию, и та прошла к гостю.

— Идемте, милорд.

Когда эти двое скрылись за дверью, Тео тяжело вздохнул. Девка у Риммеля, конечно, что надо, но даже самый безмозглый баронский сын навострен показать ей ее место. Надо бы как-то это решить. Идель в силу своего положения пока не может даровать титулы выше баннеретского, так что придется заняться ему.