Тайна генерала Каппеля

– Прости ему всякое прегрешение, вольное и невольное…

Вырыпаев встал рядом, левее и чуть сзади, и, держа в шуйце снятую с головы папаху, истово перекрестился и поклонился до пола. Выпрямился и посмотрел в белеющее в темноте лицо Владимира Оскаровича, спокойное, будто генерал уснул, а не умер сорок часов тому назад. В скрещенных на груди руках стояла тоненькая свечка, крохотный огонек которой сверкал на латунных пуговицах поношенного кителя да отражался блеском на золотых генеральских погонах.

И неожиданно вспомнил, что происходило в вечерних сумерках, когда штабная и санитарная колонны прибыли в Тулун.

Слух о смерти генерала дошел сюда еще днем, обогнав идущую достаточно быстро колонну, хотя такое было практически невозможным делом. На просторной площади богатого старожильческого села перед церковью в мертвой тишине стояли сотни разномастно одетых солдат и офицеров, даже больные пришли проститься с любимым генералом. Когда с простого дощатого гроба сняли крышку и увидели лежащего там Владимира Оскаровича, словно волна прошла по собравшейся толпе – все сняли головные уборы, перекрестились и поклонились телу умершего полководца.

А в церкви после панихиды офицеры и солдаты подходили к гробу, целовали холодные руки генерала – прощание заняло добрых два часа. Были и местные жители, но мало, видно, они боялись, что их заподозрят в сочувствии к белым. И обязательно найдутся подлые душою доброхоты, что потом донесут красным, как только каппелевцы покинут село.

Именно каппелевцы – так в одночасье стали себя называть офицеры и солдаты, что пошли за генералом в ледяной поход, оставляя тела погибших и умерших товарищей на этом скорбном пути.

– И даруй ему Царствие небесное!

Усталый голос священника ворвался в сознание на секунду – полковник машинально перекрестился, но оторваться в мыслях от земных дел не смог, вспомнив, как пять дней тому назад, когда зашел разговор о преемнике, прозвучал ответ Каппеля. Тогда больной, жестоко простуженный и хрипящий в кашле, Владимир Оскарович произнес: «Я бы доверил армию генералу Молчанову, в нем есть искра Божья!»

Вырыпаев тогда сильно удивился – начальник Ижевской дивизии, одной из самых лучших в белой армии, укомплектованной восставшими против большевиков рабочими оружейного завода, в отличие от того же Войцеховского, являлся малозаметной фигурой в армии.

И все же Каппель посчитал, что это была бы самая лучшая ему замена.