Тайна генерала Каппеля

Почему?

Задав себе этот вопрос, на который он пока не находил ответа, Вырыпаев неожиданно осознал, что не слышит голоса священника. Он посмотрел направо и изумился.

Бледный как мел старик отошел за его плечо, смотря вперед выпученными глазами, борода была всклокочена, а челюсть отвисла, он был не в силах сказать даже слова. И неожиданно ничком рухнул на пол, раскинув в стороны безвольные руки.

– Вася, что с армией? Мне холодно…

От знакомого голоса Вырыпаев окаменел и с невероятным трудом поднял глаза, чувствуя, как застывает тело, превращаясь в заледеневшую глыбу.

В гробу сидел генерал Каппель, держась за края домовины. Свечка из его рук выпала и сейчас дымилась фитилем на ногах.

Перед глазами поплыло – стены, обледенелые окна, вставший из гроба генерал – все расплывалось в неизвестно откуда взявшемся пламени. У Василия Осиповича внезапно подкосились колени, тело стало уже ватным и бессильным, он, теряя сознание, успел подумать:

«Это же тиф опять у меня, от него и видения!»

И рухнул навзничь рядом со старым священником…

Владивосток,

командир роты Военной

учебно‑инструкторской школы

подполковник Хартлинг

– Да что же это происходит?

Подполковник Хартлинг в недоумении положил телефонную трубку на рычаг – он только что переговорил с командиром 9‑й роты капитаном Зайченко.

Тот сообщил, что в расположении 2‑го и 3‑го батальонов все спокойно и никаких волнений не намечается. Собравшиеся в зале офицеры с интересом прислушивались к разговору по проводной линии, по окончании которого дружно вздохнули. С нескрываемым облегчением на лицах. И вскоре телефон зазвенел снова – теперь на связи был штабс‑капитан Скороходов, временно командовавший его 1‑й ротой.

– Господин полковник, не отдавали ли вы приказания всем ротам 1‑го батальона собраться в помещении вашей роты? А то 2‑я рота уже ушла, а моя 3‑я рота построена и готова идти!

– Прикажите от моего имени 2‑ю роту вернуть, 3‑ю роту распустить, но всем быть готовыми по моему требованию идти к офицерскому собранию, – с нескрываемым недоумением подполковник Хартлинг снова положил трубку на рычаг, не понимая, что происходит в школе.

И тут удивился еще больше – в зал вошел якобы сбежавший вчерашним вечером начальник школы Плешков, а за ним полковники Рубец и Карпов.

– Это какое‑то недоразумение, Карл Николаевич, я только что оттуда, там все тихо и спокойно, – Плешков заговорил недовольным голосом. – Это что вы тут затеяли, выражаю вам свое неудовольствие.