Атлантида Сумрачного Солнца: Мир Грапы

Здесь были и изящные глиняные и каменные сосуды из далеких краев, и чаши из черепаховых панцирей, и пестрые ткани, и золотые кольца... Все эти щедрые подношения, на самом деле представлявшие собой банальные «взятки», были загодя, самим почтекой, и тщательно продуманы — в строгом соответствии со значимостью одариваемого и его вкусом. Кроме того, каждый гость должен был на прощанье получить в подарок по двести семян какао. Соответствующая его полубожественному рангу доля повелителя Чичен-Ицы уже была отправлена ему во дворец еще днем.

В итоге застолье почтеки затянулось аж до зари.

Высокородные гости, под танцы и песни, нехотя расставались как с почтекой, так и друг с другом, напоследок выпивая последнюю чашку душистого какао, отдающего ванилью и медом.

А когда пришла очередь покинуть гостеприимный Тиакис уже самому касику Чичен-Ицы и Тлатоани Юкатана Наабон Купулю, тот великодушно попросил почтеку Озтохуа сытно – «от пуза» — накормить остатками пищи и блюд всех тех текиуаке, кто всю эту ночь охранял Групо де лас Мил Коламнас.

И почтека Озтохуа просто не смог оказать в такой любезности своему высокородному тиночнеуху-другу.

***

Оглушительный грохот деревянных барабанов-уэтлей, лавиной сорвавшийся с вершины Пирамиды Кукулькана, грубо и бесцеремонно вырвал Тритона из объятий Морфея ровно за секунду до рассвета.

А уже в следующую секунду эту барабанную дробь дружно подхватили все, включая даже самые маленькие, теокалли Чичен-Ицы — гулким и многократно усиленным эхом разнося её не только по всему городу, но и по его, весьма протяженным и густонаселенным, окрестностям.

Но и это было ещё не всё …

Как только на Юкатанском небосклоне появилась утренняя звезда Венера, а это случилось приблизительно в четыре часа утра, к прежней барабанной дребедени практически сразу добавились громогласные трубные звуки раковин, в которые задули сначала чопорные и высокомерные тленамакаки [14] Пирамиды Кукулькана, а затем – и на удивление синхронно — и куакуилли всех остальных теокалли Чичен-Ицы.

А это означало, что утро в Чичен-Ице наступило окончательно и бесповоротно!..

Тритону пришлось с этим просто смириться, резко вскочить с петлатля-циновки [15] и, с трудом разбудив смертельно уставшего после вчерашней тренировочной игры в тлачтли старика-мешика Каонабо, вместе с ним отправиться в паровую баню – темаскалли [16].