Атлантида Сумрачного Солнца: Мир Грапы

Жрец повторил попытку …

Результат был тем же: он был по-прежнему в палатке штаба, и перед ним стоял Диктатор!

"Как же так?" — Тритон был явно не готов к столь сокрушительному низвержению с Олимпа!

Ведь он уже давно успел привыкнуть ко всем своим божественным "дарам". К тому, что может запросто менять личину; читать чужие мысли, словно на духу; одной лишь силой воли перемещаться на любые расстояния, зрить [1] в будущее и, главное, при всё при этом не испытывать бессмысленных эмоций … Короче говоря, быть истинным атлантом, чей жизни "путь" всегда был в экстрасенсорном развитии самого себя.

"— Может, всему виной слишком яркий свет? Испепеляющее, а не ласкающее, кожу Солнце? Или его загадочный ночной двойник, который варвары с благоговением называли "спутником" — Луною?" — сколько бы не пытался Жрец Тритон, но все одно не находил ответа. И это несмотря на то, что знал о сути мироздания, куда уж более самого Верховного Жреца.

Предательски бледнея, Жрец поспешил откланяться и сделать вид, что все идет по плану.

Хотя, лично у него уже не было никаких сомнений в том, что в этом мире Ойкумены, в отличие от Атлантиды Сумрачного Солнца, ни он, ни кто-либо другой из прибывших сюда атлантов, уже не всемогущий "господин".

Но вместе с тем Жрец посчитал лично для себя небезопасным, вот так сразу вводить в курс дела Диктатора-Царя. Потому как знал, что может и должно случиться дальше: сначала паника, затем — разгоряченный спор легатов, и, наконец, приказ Диктатора: "Всеобщий сбор! Мы возвращаемся обратно в Атлантиду!"

Что ж, жизнеутверждающая перспектива! Само собой, для врагов, но не для армии атлантов… И, уж конечно, не для ее жреца Тритона! Так как для последнего все это означало – ни много ни мало, но заведомо положить свою голову на плаху известного своей бескомпромиссностью Верховного Жреца.

Тритон недовольно поморщился: с того момента, как он расстался с Царем–Диктатором, в одночасье стал банальным "смертным" и его сознание заполонили неподдельное смятение и страх, уже минуло более пяти десятков местных «лун».

Всё это время Жрец, проделав первую часть пути на варварской «повозке»— «хамере» аборигенов, упрямо и традиционно для атлантов – строго по побережью – всё дальше и дальше продвигался сначала на запад, а потом и на юг, местного, весьма изрезанного бесчисленными бухтами и устьями рек, континента [2].