Атлантида Сумрачного Солнца: Мир Грапы

"Неужели, утратив дары Евенора, я настолько прогневил Владыку Посейдона, что он меня отправил прямиком в Тартар?" — Тритону очень не хотелось в это верить, но иного объяснения всецело овладевшему его сознанием чувству одиночества Жрец попросту не находил.

Но, в любом случае, даже если бы Тритона сейчас же посетило прозрение, это уже ровным счетом ничего не могло изменить. Что бездна Тартара, что ночная мгла Аида — все едино … Смерть! А посему, что толку беспокоиться о том, кого он, мертвый Жрец, встретит в этом мире — низвергнутых титанов или толпу бесплотных призраков, чудовищ и теней?

Тритон цинично усмехнулся, и его душа тем самым обрела покой.

Но что это?..

В самом центре бездны-пустоты Жрец вдруг увидел лучик света, который с яростью кромсал и рвал на части темноту.

Еще один глубокий вздох, и Тритон услышал чуждые ему по сути и происхождению голоса:

— Кажется, доставленный тобой товар худо-бедно, но все же, начал приходить в себя, амиго [29] Эскабар!

— Еще бы! Я лью ему на голову уже четвертое ведро воды! Скажи кому, так не поверят! Может, все-таки добавишь пару "грап", а, Бартоломе?

— За эту падаль? Не смеши, амиго! В ней еле-еле теплиться душа! Пять "грап" и точка! Вот моя последняя цена! Кстати, как долго этот "гринго" пребывал в "отключке"?

— В течение всего пути.

— То есть трое суток. Если конечно, ты действительно его нашел в Теотиакане? Странно. Может, ты все врешь, а, Эскабар, и лихорадка здесь совсем не причем? А ты просто переборщил с накачкой его "айсом"[30]? Или, того хуже, взял и просто украл его с плантации моих соседей — энкомендеро, и этого "гринго" теперь с усердием разыскивают все, кому не лень?

— Обижаешь, амиго! Когда такое было, чтобы я тебя подводил? Да ты сам взгляни на его лоб и правую ладонь.

Ни тебе клейма, ни метки "возраста", ни даже ритуальных шрамов. Говорю же тебе, он "призрак"! Ну, внебрачный сын какого-нибудь там синьора… А может и, вообще, один из пришлых северян.

— Ладно, по рукам, амиго Эскабар! Будем считать, что ты меня уговорил.

Но помни, ты меня не знаешь и никакого, неучтенного в реестрах переписи, "гринго" ты мне не продавал!

— Само собой, Бартоломе! Буду нем как рыба. Я же не самоубийца, чтобы на всех углах болтать про тайные источники дохода воина Орла.

— Надеюсь! …Однако, текули, вот твои пять "грап"! И давай прощаться. …

Оба голоса внезапно смолкли. Зато раздалось шуршание удалявшихся шагов.

Выждав еще какое-то время, Тритон набрался смелости и осторожно приоткрыл свой левый глаз.