Прядь о Скади

Я довольна вашей ценой.

   Она говорила искренне. Но почему-то почувствовала себя настолько усталой и раздавленной, что, как только ответила Одину, ей захотелось уйти с тинга немедля. Один внимательно вглядывался в её лицо, потом задумчиво произнёс:

   -- Следует всё же

   в меру быть умным,

   не мудрствуя много;

   тот, кто удел свой

   не знает вперёд,

   всего беззаботней.

   -- Что? -- не понял Ньёрд и озабоченно посмотрел на Одина.

   -- Пусть дева из Ётунхейма подойдёт ко мне и даст то, что она хранит на груди, -- ответил Один. Скади покорно подошла к нему и, достав из мешочка глаза Тьяцци, протянула асу. Тот принял их, положил на раскрытую ладонь и что-то вполголоса напел. Шарики взвились с места, и, разрастаясь на лету, понеслись в небо. Чем выше они поднимались, тем ярче светились. Наконец Скади увидела две голубые звезды на вечереющем небосклоне.

   -- Пусть будет так, дева из Ётунхейма.

И не держи зла на нас. Ведь теперь ты -- одна из нас.

   Тогда Скади не поняла, что значит сказанное и сделанное Одином. Теперь, спустя почти год, всё произошедшее виделось иначе. Наверняка Один знал, чем кончится их брак с Ньёрдом, и заплатил за кровь Тьяцци свою цену.

   Скади вздохнула: все вокруг считали её брак с Ньёрдом удачным, да так оно и было. Хозяин Ноатуна был богат, могущественнен и признан в Асгарде. Как его жена, Скади стала признаваться наравне с асиньями.

Ньёрд был неизменно добр и сдержан с ней. И она пыталась стать ему хорошей женой...

   Ньёрд всхрапнул особенно сильно и резко. Скади испуганно вздрогнула, очнувшись от своих мыслей, и повернулась к мужу. Осторожно прикрыла его рот. Ньёрд развернулся к ней и, не открывая глаз, заскользил шершавой ладонью по обнажённой спине жены, по крепким ягодицам. Скади вся сжалась, подумав, что пройдёт немало времени, прежде чем он её оставит в покое. Он перевернулся на живот, ткнувшись лицом в её грудь, борода и усы защекотали тонкую кожу.

Скади покорно прижалась к нему: объяснять, что ей не хочется его ласк, было бесполезно.

   -- Тоненькая веточка, -- пробормотал Ньёрд и окончательно проснулся. Поцеловал ложбинку между маленькими, по-девичьи острыми грудями жены и приник к её губам, пытаясь языком разжать губы. Скади неуклюже обвила его шею руками. Он коснулся пальцами её живота:

   -- Когда же ты родишь мне ребёнка? -- спросил он.