Крылья Велунда

Стены в этой палате были изукрашены зеленым камнем со светлыми и темными прожилками, и если присмотреться, в прожилках этих можно было увидеть разные чудеса – то ящерку, то листик, то цветок, то целую поляну лесную. Светильниками были прозрачные кристаллы, подвешенные на стенах и гроздью к потолку, и светло было, как солнечным днем. Огромный стол покрыт браной скатертью, блюда все из золота да серебра, а кубки такой искусной работы, какой Хёрвард ни разу в жизни не видал.

Дверги пили светлое пиво, ели мясо и сладкую пареную репу, огненно-рыжая женщина разносила куски печеной рыбы – видать, рыба у двергов считалась лакомством, – словом, все как у людей.

Хёрвард прислушался к разговору.

– Вести пришли с севера, – говорил Кремень, оглаживая бороду. – Какой-то герой прошлым летом ранил дракона Фраму и забрал все его золото. Фрама же заполз в свою пещеру, чтобы отлежаться, но тролли слышали, как он поклялся добыть себе новое золотое ложе.

Хёрвард кивнул – что ж еще делать дракону? Драконы копят золото и спят на нем, погружаясь в золотые сны.

Чем больше сокровище, тем славней дракон. Вот взять хотя бы Фафнира, которого убил Сигурд сын Сигмунда, – говорят, что его сокровище было самым великим драконьим сокровищем в мире. А теперь оно проклято, и три речные девы стерегут его на дне Рейна.

– Конунг-то как – все копит золотишко? – спросил Кремень.

– Копит, – ответил Пёрышко. – Прошлым летом большую добычу его дружина взяла в южных землях. Удивительно просто, что конунг столько добычи берет, а к нам до сих пор никто не приходил мстить или грабить.

Мы тут живем на краю мира, народу немного совсем, и дружина-то у конунга не самая большая.

– Верно. Не будет людям удачи от Нидудова золота. Кто грабит золото альвов, тот теряет удачу. Не-ет, от людей Нидуду бояться нечего.

– А не от людей? – спросил Хёрвард.

– Тролли говорят, что сейчас Фрама уже набрался сил и ползет к ближайшему золоту. А ближайшее – это у Нидуда.

Пёрышко нахмурился.

– Можно сделать засаду на его пути и убить мечом в брюхо.

– Это у Фафнира было мягкое брюхо, потому что Фафнир-то был превращенным драконом, и мы, дверги, это хорошо знаем, Фафнир-то был братом Регину, из двергов Озерного края. А Фрама – огнезмей, и на брюхе у него прочная чешуя.

– Как же его убить?

Кремень долго молчал, потом сказал:

– Небесное железо его убьет. Или клинок альвов.

Пёрышко – Хёрвард решил называть его так, раз не хочет сам назвать свое имя – задумался, а вскоре начал прощаться.