Смерть старого мира

— Едрить налево, — прокомментировал он, и уже громко крикнул на берег. — Сышь, Барни, тута баба, красивая.

— Груз или пассажир? — спросил главарь, явно заинтересовавшись.

— Пассажир, пассажир, — деловито ответил Честер, делая страшные глаза Билли, который уже успел прицелиться в стоящего к нему спиной бандита. — Вот ваши деньги и мы поплыли.

Он залез в карман и вынул ровно четыре шиллинга, напоказ их пересчитал и пересыпал в подставленный карман бандита.

— А может, всё же груз и с вас еще полфунта? — ехидно проорал Барни, чертя в воздухе какие-то простенькие фигуры светящимся кончиком жезла.

— А может, я потом поинтересуюсь на досуге у старика Гарри Крючконосого, должен ли тут стоять один ушлый бригадир по имени Барни, любитель щегольских шляп и детских заклинаний? — зло выкрикнул Честер. 

Предводитель бандитов нахмурился и плотно сжал губы в презрительной усмешке, но по его лицу даже с лодки было видно, что он растерялся.

Пловец в этот момент, уже перекинув одну ногу через борт, таки заметил лежащего у края палубы Билли, охнул и с бранью плюхнулся в воду. Вынырнув, панически хлопая руками по воде в попытке быстрее сократить расстояние до берега, он успел крикнуть что-то вроде «вагон» или «погон», но Агнесса плохо расслышала.

Барни беззвучно выругался, смачно сплюнул на землю и махнул своим людям рукой. Он, наверное, хотел что-то сказать напоследок, даже набрал в грудь воздуха, но потом передумал и только выдал короткую фразу, сплошь состоящую из слов, которые Агнесса частенько слышала в кабаке и которые неизменно вгоняли ее в густейшую из красок. После этого бандиты, не дождавшись даже пловца, скрылись в зарослях.

Шумно выдохнув, Билли отложил все еще снаряженное оружие и принялся поднимать якорь.

Агнесса «отмерла», только когда лодка возобновила движение. Произошедшее изрядно выбило девушку из колеи, поскольку она никогда в жизни не пересекалась с «теневой» стороной Нижнего Лондона. Честер и Билли были, скорее, озадачены и мрачны — видимо, из-за того, что люди Крючконосого сменили людей Макмиллана.