Смерть старого мира

 

Так и подмывало назвать её «тётушкой», но это было бы чрезвычайно грубо — пускай и напрашивалось. «Тётушка» улыбнулась в ответ, став ещё сильнее похожей на какую-нибудь дальнюю родственницу, что нянчила Агнессу во младенчестве — настолько радушной и приветливой оказалась эта улыбка.

— И вам доброго, мисс. Что будете брать? Сказала бы, что репа нынче уродилась на славу, — с этими словами она указала на то огромное, бело-зеленоватое, что Агнессой было принято за странный сорт дынь, — да покривлю душой — всё хорошее, ничего отдельно нахваливать не стану!

У девушки окончательно округлились глаза, когда она вновь пробежалась взглядом по лоткам и осознала, что вот то — совсем не цукини, а всего-то огурцы, и это тёмное-коричневое бархатистое блюдо — судя по всему, грибная шляпка.

 

— Ничего себе! — только и смогла выдохнуть она, осторожно коснувшись пальцем тёмно-красного глянцевого бока помидорины размером в три её кулака.

— Что ж за сорт такой диковинный? Никогда в жизни не видела таких, даже на ярмарках!

Торговка слегка приподняла округлые плечи и развела руками.

— Не сорт, мисс — земля. Тут она такая, что палку воткни — через месяц расцветёт, а уж если ухаживать да поливать водой из родника местного — вот такое и получишь.

Одна беда — долго за пределами городка этого овощи не хранятся, гниют и портятся быстро, — вздохнула сокрушённо. — Оттого в Лондон и не поставляем ничего, да и сами стараемся не растить лишнего.

— Сезонность тут, я полагаю, тоже не в почёте? — кивнула Агнесса на тыкву.

— Друидская магия, — эта фраза, кажется, объясняла здесь всё. 

Впрочем, девушка находила это вполне логичным и даже здравым объяснением. Расспросив «тётушку» о погоде, осадках и тонкостях выращивания определённых трав, Агнесса почти пожелала остаться тут жить — просто навсегда. Растить травы, увезти сюда детей... народ тут оказался удивительно спокойным и не злобным.