Смерть старого мира

 

Надеждам было суждено оправдаться, да и собственные кошмары нынче обошли Агнессу стороной — ровная и глубокая чернота без сновидений баюкала на своих волнах, возвращая силы, давая полноценный отдых...

И тем неприятнее было ощущение срабатывания одного из амулетов, завязанных ею на внимание и тревогу — словно с размаху плеснули ушат ледяной воды прямо в лицо. 

Девушка рывком села, бездумно щёлкнув пальцами и пробуждая крошечную искру огненного элементаля, привязанную к лампе, стоящей на столе чуть сбоку.

И тут же сама едва не взвыла, ослепнув от ярко-солнечного света. Вновь — колотится сердце, дыхание поймать невозможно, а руки дрожат... что за напасть! Где опасность, что потревожила амулет?

Запоздало, сверившись с внутренними ощущениями, Агнесса похолодела — сработал тот оберег, что висел прямо здесь, в её комнате! Она была очень близка к тому, чтобы закричать, позвать на помощь — но останавливало противоречивое нежелание потревожить сон кого-то из домашних.

..

— Хш-ш-ш, не могла бы ты погасить эту штуку?! — смутно-знакомый голос раздался со стороны вешалок, приколоченных к стене, на которых аккуратно располагались её выходные вещи. Пытаясь сморгнуть красно-жёлтые пятна, девушка вскочила на ноги, но внезапное узнавание моментально сделало те ватными — тот самый воришка с рынка!

— Что ты забыл в моей комнате, вор?! — яростным шёпотом прокричала она, неожиданно для себя постигнув тот самый талант опекунши.

 

Очевидно, для подобающего исполнения был необходим соответственный моральный настрой. Злость на долговязого нарушителя порядка, вторгшегося в её спальню, оказалась, судя по всему, основой частью этого самого настроя.

Парень тем временем тёр глаза руками, и на короткий миг Агнессе показалось, что они черны целиком — нет ни радужки, ни белка, но, когда он наконец-то прямо посмотрел на неё, выяснилось, что она обозналась.

Обычные голубые глаза. И снова этот взгляд! Потерянный, непонимающий и даже... обиженный?

— Как ты это, чёрт возьми, делаешь?! — с непонятным ей упрёком и возмущением прошипел он, умудряясь смотреть на неё исподлобья. 

Агнессе, глядящей на него снизу вверх, это казалось странным трюком, сбивающим с толку. И интонации, и взгляд...