Смерть старого мира

- Что? Этот… - было заметно, что мужчина буквально проглотил какое-то слово и продолжил после лёгкой паузы, - лжец говорил с вами? Не верьте этому прохвосту и выскочке — ни единому его слову.

Внутри вновь всё оборвалось. Как это — лжец? Как это — не верить?..

- Н-но… он так сказал. Попросил помочь найти книгу с разноцветной обложкой…

Седой посмотрел на неё «фирменным» тяжёлым взглядом, после чего, протянув руку к шкафу, вытащил оттуда массивный фолиант в переплёте из очень плотной чёрно-коричневой кожи, и с звучным грохотом уронил его на стол.

На передней части виднелась потёртая тиснённая надпись: «Малая книга Имён». 

Агнесса нахмурилась.

- Это… совсем не похоже на то, что я нашла. Там переплёт был другой. Он... знаете, он переливался на свету. И ещё там постоянно менялись названия… но мистер Прайс мне её показывал потом, когда я вернулась из-за Грани, она тоже вот так называлась, как ваша.

Всё время, что она говорила, маг, кажется, мрачнел всё сильнее и сильнее, а затем, внезапно, резко ударил кулаком по столу:

- Бред! Я в жизни не поверю, что в Нижнем Лондоне могла храниться «Высшая книга»! Прекращайте это бессовестное враньё! - пророкотал он, заставив Агнессу слегка отпрянуть:

- Извините… 

- Не извиню! - рявкнул маг так, что у неё снова затряслись поджилки.

- Но простите!.. - заикнулась она снова, теперь пытаясь объяснить ему, что она вовсе не извиняется и это фигура речи такая.

- Убью! - кажется, его глаза налились кровью, а в правой руке вновь угрожающе оказался зажат жезл. 

Возможно, Агнессе стоило промолчать, но её собственная привычка сейчас сыграла с ней поистине злую шутку:

- Извините!

- Выпорю!!! - Седой взревел и вскочил на ноги, с грохотом отстраняя кресло. 

Это стало последней каплей. 

Наплевав на сохранение достоинства и лица, Агнесса завизжала и, круто развернувшись, молнией понеслась вниз по ступенькам.

Каким-то задним умом она ещё прикинула — а как, собственно, маг собирался выбираться из-за стола? Перелезать его, что ли? – но останавливаться и проверять она не хотела совершенно. Прочь, прочь отсюда! Вот, что её дико в нём смущало! Та самая неуловимая черта, делающая его опасным и неприятным типом.

Безумие.

Тоненько завывая, она, не помня себя, добежала до нижнего пролёта и буквально налетела на поднимающегося Фёрста.